Когда ты вернешься ко мне

А как насчет твоего сердца?

Я набрал в легкие воздуха, чтобы попробовать еще раз, но у меня перехватило горло. Это тот самый момент? Неужели сегодня тот самый вечер, когда я переверну свою жизнь с ног на голову?

– Идея мне нравится, но это слишком большая ответственность, – сказал папа. – Твоя единственная задача – сосредоточиться на поступлении в колледж.

– Пап…

– Я не буду лезть в бизнес, и точка. Не хочу тратить больше времени на новое начинание. – Он потянулся и взял маму за руку. – Я доволен сегодняшним положением вещей.

Лампа над нашим кухонным столом излучала золотистый и теплый свет. На мамином улыбающемся лице тоже появились краски, а на голове даже начали отрастать волосы. Амелия довольно копалась в телефоне, и ее улыбка была легкой, как и раньше.

– Ты прав. – Я заставил себя улыбнуться. – Прости, что затронул эту тему.

– Эй, Ривер.

Ченс, Донти, Майк Гримальди, Исайя Вашингтон и еще пара парней окружили меня у моего шкафчика в школе на следующий день, в последний учебный день перед зимними каникулами.

– Мы тут решили свалить на обед, – сообщил Ченс. – Хочешь с нами?

– Нет, я подумывал посмотреть шоу талантов.

Донти скорчил гримасу.

– Шоу талантов? Он что, серьезно?

Я пожал плечами.

– Парень из моего класса по математическому анализу будет играть на скрипке. На прошлой неделе я пообещал, что посмотрю.

Ченс разинул рот.

– Ты сказал какому-то ботану, что будешь смотреть, как он играет на скрипке? – Он фыркнул от смеха. – Смешнее шутки еще не слышал.

У меня покраснела шея. Я захлопнул шкафчик.

– Сказал, что пойду, значит, пойду.

Я одарил Ченса своим лучшим самоуверенным взглядом, без слов посылавшим куда подальше. Они с Донти переглянулись, а затем пожали плечами.

– Ну, чувак, чем бы дитя ни тешилось.

Донти шлепнул меня по руке.

– Увидимся позже?

– Ага.

Я смотрел им вслед, удивляясь, как они не видели насквозь всю мою альфа-самцовую фальшивку.

Потому что ты носишь эту маску уже много лет.

Вот только Холден мгновенно ее раскусил.

Я направился в затемненный зрительный зал, где уже шло зимнее Шоу талантов. Все кресла были заняты, остались только стоячие места. Я протиснулся в задние ряды, но с моим ростом в шесть футов и два дюйма[28] сцену было видно замечательно.

Я едва не опоздал. Харрис Рид играл на своей скрипке классическое произведение и делал это виртуозно. Музыка была безумно сложной, и я с благоговением наблюдал, как смычок скользил по струнам.