Хроники Придайна

Они посмотрели друг на друга и вдруг стали хохотать как сумасшедшие.

Только после того, как солнце почти упало за холмы, и само небо, казалось, истекало кровью, Тарен ощутил перелом в битве. Воины Гвидиона, густой волной несущиеся на яростно сопротивляющиеся отряды Прайдери, потеснили их. Армия Прайдери дрогнула, будто отшатнулась от надвигавшейся на нее волны смерти. Волна достигла своего гребня и застыла, перед тем как с грохотом упасть на головы сражающихся. Свежий ветер пронесся над долиной. Сердце Тарена взыграло восторгом и радостным возбуждением, когда он увидел, как с дружным криком покатились волны воинов Гвидиона.

Ряды врагов редели и дробились, в них зияли бреши, как в разрушенной стене. Тарен натянул поводья. Но Мелинлас вдруг встал на дыбы и тревожно заржал. Дрожь ужаса пробежала по долине.

— Дети Котла! Бессмертные воины!

Люди Прайдери расступились, отхлынули назад, чтобы освободить проходы ужасным воинам. В мертвой тишине шли они неспешным размеренным шагом. Грохот их тяжелых башмаков затопил долину. В темно-красной дымке умирающего солнца их мертвенно-бледные лица приобретали голубой оттенок смерти. Глаза их казались холодными и тусклыми, как камни.

Мерной поступью колонна бессмертных воинов шла в сторону Каер Датил.

Враги, шедшие следом за колонной Детей Котла, сплотились снова для нападения на отряд Сыновей Доны. Теперь Тарен понял, почему медлил Прайдери, и постиг причину его высокомерного презрения к армии Гвидиона. Только теперь план короля-предателя стал ясен. За дикой колонной Детей Котла всё струились и струились с дальних холмов мелкие отряды Прайдери, собиравшиеся воедино.

На стенах крепости теснились лучники и копьеносцы. Туча стрел понеслась на молчаливых воинов. Но этот шторм копий и стрел ни на мгновение не заставил дрогнуть Детей Котла. И хоть каждая выпущенная стрела попадала в цель, враг упорно продвигался вперед, останавливаясь лишь для того, чтобы вытащить стрелу из своего бескровного тела.