Хозяйка разрушенной крепости

А всего-то нужно было, чтоб небольшая кучка господ поняла простую истину: каждый человек на планете достоин свободы по праву рождения! И никому не дозволено отнимать ее у других людей!

- Слушайте меня все! – крикнула я. – С сегодняшнего дня вы все – вольные люди. Я дарю вам свободу! Делайте что хотите, идите куда хотите. Теперь вы не принадлежите никому, кроме самих себя!

Жители деревни, готовые только что драться за свою пищу, начали растерянно переглядываться. Одна женщина даже всхлипнула:

- Вы бросаете нас, госпожа?

- Нет же! – с улыбкой воскликнула я.

– Если хотите, можете остаться со мной, и мы вместе продолжим улучшать нашу совместную жизнь. Но только это будет уже не моя воля, а только ваша!

- Странные вещи вы говорите, леди Элейн, - проговорил Ланселот. – Скажите, у вас с головой все в порядке? Крепость того и гляди развалится, может вам на голову камень упал? Просто иначе я никак не могу объяснить то, что сейчас услышал.

- Хоть Ланселот и тот еще негодяй, но тут я, пожалуй, с ним согласен, - хмуро проговорил Винс.

– Виданное ли дело, чтоб господа дарили волю своим крестьянам? Они ж тут же разбегутся кто куда, как овцы без пастуха, и придется вам, госпожа, умирать с голоду.

- А вот и не придется!

Из толпы вышел жилистый мужик, из тех, что крутил во̀рот нашего плота пока мы с него рыбачили.

- То, что госпожа подарила нам волю, это хоть и невиданно, но неплохо, - проговорил он. - Приятно чувствовать себя свободным, словно птица в небе. Однако куда нам идти? Везде куда ни глянь земля короля Артура и его рыцарей.

Уйду я, так меня немедленно схватят, и никто не поверит, что я получил свободу. Выяснять правду я говорю или нет, тоже никто не будет – просто вздернут на виселицу, чтоб другим рабам неповадно было бегать от своих господ. Так что, леди Элейн, коль вы не шутите, позвольте мне как вольному человеку с вами остаться. Голова у вас светлая, как весеннее солнышко, и к людям вы добры, заботитесь о них, словно мать о своих детях. А, как известно, от добра добра искать дело гиблое и неблагодарное.

- И мне, и мне позвольте остаться, - раздались голоса со всех сторон. – Мы за вас, леди Элейн, теперь и в огонь, и в воду...

- Ежели рабом становиться не надо, я б на такое согласился, - шмыгнул носом один из разбойников. – Три дня назад эти крестьяне траву да листья жевали в ожидании урожая, а сегодня у них мяса столько, сколько я в жизни не видел. Работать я умею, кузнецом был пока господин мою жену силой не взял, а после не убил забавы ради.