Хозяйка хищной космической оранжереи

Услышав его слова, Камелия недовольно сложила руки на груди:

— И Ари было бы достаточно, — проворчала, отворачиваясь.

— Боюсь, что нет, — Ари покачал головой. — Маловато опыта.

— Условие отца, — догадалась я.

— Да… — выдохнула сестрёнка. — И вообще, что мы стоим? Сегодня у нас свадьба. Взяла подол в руки и на выход. Тебя папа уже заждался. Там вся семья в сборе. Родители Лукера прилетели, а мы тут языками чешем.

— Так-то это ещё и мои родители, — поддел её Маэр.

— А до тебя мне дела нет. Это Лукер мне зятем стал.

— Да Вселенная меня упаси в родню к тебе набиваться, — съязвил он.

А после развернулся и вышел.

— Не представляю, как вы двое вместе куда-то полетите, — выдохнула Лиля, поднимаясь. — Ари, они же поубивают друг друга.

— А это вряд ли, — наш старший хрон таинственно улыбнулся и взял меня под руку.

— Э нет, братец, — в комнату влетел красавец Риме. В костюме, с красиво собранными волосами. — Ты Ками к отцу поведёшь, а Пети — моя девочка.

Он нагло отстранил родного старшего брата и пристроился ко мне.

— Я дожил до этого дня, — счастливо выдохнул. — Всё, милая, пойдём. А об остальном потом… завтра, например. Всё равно они уже без нас всё решили.

Ну и что мне было делать? Правильно — улыбнулась. Приподняла подол платья и отправилась снова выходить замуж за собственного мужа.

Чтобы, выражаясь мамиными словами, всё было по-людски.

У красной дорожки, ведущей к арке, украшенной Лоли и Лалу шикарными не хищными цветами, привезёнными с Ялвиры, уже стоял папа.

Стоял и ждал, разглядывая меня подозрительно красными глазами:"

"— Ещё один цветочек увели? — тихо спросила, когда Риме торжественно меня вручил ему.

— Не совсем, родная. Ещё один цветочек удалось сохранить возле себя, — негромко признался он. — Я так переживал, что ты встретишь в своём университете какого-нибудь увлечённого биолога с другой планеты и укатишь, прихватив кошку и ёжика.

— Ну что ты, папа. Куда мы от вас, — я покачала головой.

— И правильно, — папа заулыбался. — Я видел, как ты смотришь на своего Лукера, и как он поглядывает на тебя. Сначала хотел вмешаться, но не стал. Парень и сам не оплошал.

— Всё-то у тебя тайны, папа.

— А как же без них.

— И про Белладонну смолчал.

— Камелия, да? Не утерпела?

— Случайно.

— Я всё простить себе не мог, что не забрал племянницу.