Хищный. Наглый. Холостой

Савва мне так и сказал: «Она нас всех пошлет и останется с этим мудаком».

— Что? — Мне показалось, я ослышалась. — А при чем тут Баринов?

Диля с Ингой переглянулись, и моя теперь уже бывшая рыжая подруга призналась:

— Так это мы с Викингом застукали Пашку с Дилей.

Глава 26

Я не стала ему звонить, хотя и обещала днем. Вызвала такси и поехала. Я просто не могла ждать. Думала сначала, что утро вечера мудренее и надо успокоиться, все обдумать самой и на холодную голову… Да ни черта!

Прошло уже три часа, как Диля с Ингой ушли.

— Вот здесь остановите, пожалуйста. — Я протянула деньги таксисту. — Дальше я сама.

Возможно, не самая лучшая идея бродить по арбатским переулкам, когда время на часах приближалось к полуночи, но мне нужно было почувствовать прохладу свежего воздуха, неторопливо пройтись до его дома. И решиться.

Я хотела знать почему. Почему он не сказал мне правду, если говорил, что уже тогда был в меня влюблен? Ведь это так логично — открыть глаза на счастливого соперника, показать, что он собой представляет.

Неужели он и правда боялся, что я не поверю? Он ведь приехал ко мне на Новый год, тогда было самое время все рассказать. Особенно когда вслед за ним ввалилась вся компания.

Я не торопясь прошла на территорию дома. Мелькнула мысль набрать цифры на домофоне, но вместо этого я сама открыла дверь подъезда. А вот поднявшись на этаж, я позвонила.

Наверное, нужно было развернуться и уйти, но я лишь вытащила из сумки ключи и открыла дверь. В квартире горел свет, я тут же увидела роскошный рыжий хвост нашего с Саввой мейн-куна. Вот только самого Баринова я не видела.

На всякий случай еще раз оглянулась — в коридоре чужих вещей не было, и это радовало.

Я быстро разулась, заглянула на кухню, в гостиную — никого. Везде горел свет, громко работал телевизор, на диване лежал открытый макбук.

"— Савва? — громко позвала Викинга. — Ты дома?

В ответ раздался стук двери, за ним последовали шаги, я было ринулась из гостиной в коридор и тут же застыла на месте с открытым ртом: прямо на меня, вытирая полотенцем мокрые волосы, шел голый Баринов.

Голый от слова «совсем» — на нем не было ровным счетом ничего. Кроме капель воды и золотого браслета на запястье.

— Катяня… — Он бросил на диван мокрое полотенце и широко улыбнулся, ни капли не смущаясь своей наготы.