Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Держа перед собой ивовую плеть, бросив взгляд назад, Мо Жань приказал:

– Маленький брат, хорошо спрячься! Ни в коем случае не показывайся!

Поднял лозу, он ударил по сгрудившимся у входа ожившим мертвецам. Хотя Цзяньгуй по боевой мощи был подобен Тяньвэнь, Чу Ваньнин не успел передать Мо Жаню навыки управления этим оружием. В прошлой жизни оружием Мо Жаня был короткий меч, и он не совсем понимал как сражаться похожей на плеть лозой. Поэтому с самого начала обстоятельства для него складывались не лучшим образом: бессистемно нанося удары по трупам, он лишь впустую тратил силы.

В разгар хаотичного танца с Цзяньгуй позади него раздался ясный и холодный детский голос:

– Оберни плеть вокруг щитка на запястье, подпрыгни и нанеси три удара с разворота.

У Мо Жаня не было времени на раздумья. Он автоматически начал наматывать Цзянгуй и первым же ударом лозы проломил строй оживших трупов по левому флангу. Было не совсем понятно, зачем делать так много лишних манипуляций, но Мо Жань решил попробовать последовать указаниям младшего брата.

Жух!

В это время подоспела новая волна мертвецов. Пылающий адским огнем Цзяньгуй, раскручиваясь, нанес три сокрушительных удара, уничтожив почти всех одержимых в хижине. Части тел и головы, из которых валил черный дым, теперь устилали пол хижины.

Мо Жань оглянулся и удивленно посмотрел на маленького брата, который спокойно восседал на поленнице.

А этот парень…. хорош, а?

– И какой следующий прием? – спросил воодушевленный Мо Жань.

– Следующий… подними левую руку и похлопай ей по правому рукаву, – с каменным лицом произнес Чу Ваньнин.

– О, какой удивительный замах! Как называется этот боевой прием?

Чу Ваньнин все тем же равнодушным тоном произнес:

– Ничего удивительного, просто ты слишком увлекся и сам себя подпалил."

"– Ах! – юноша посмотрел вниз и, убедившись в правоте маленького брата, быстро потушил одежду, подожженную Цзяньгуем.

– Маленький брат такой крутой! Мне это нравится.

Чу Ваньнин смущенно кашлянул и, стараясь скрыть выражение лица, отвернулся к облезлой серой стене. Но покрасневший кончик уха выдал его с головой.