Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Если хочешь, относись ко мне как к члену своей семьи. Давай, ешь уже.

— …

— Эти пельмешки слепил я. Даже если ты не уважаешь Учителя, меня же ты не оскорбишь отказом, верно? — губы Ши Мэя изогнулись в намеке на улыбку. Он зачерпнул в ложку разбухший лоснящийся жиром пельмешек и поднес его к губам Мо. — Попробуй на вкус.

Веки Мо Жаня покраснели, глаза все еще были на мокром месте. Он посмотрел на сидящего рядом Ши Мэя, и, наконец, послушно открыл рот, позволяя этому доброму и ласковому молодому человеку накормить себя.

На самом деле, острый бульон с «ушками» уже давно остыл, тесто размокло и на вкус было совершенно безвкусным.

Но в этот момент огонь свечи освещал несравненно красивое и нежное лицо Ши Мэя и тарелку с едой, которую он принес именно для Мо Жаня. Это видение навсегда врезалось в его сердце, и он не смог бы забыть его даже после смерти.

Наверное, именно с той ночи…

Именно с той ночи он убедил себя, что Ши Мэй — самый важный человек в его жизни. И в дальнейшем его ненависть к Учителю становилась только сильнее и глубже.

Ведь все люди жаждут тепла.

Особенно такой замерзший, осиротевший бездомный щенок, который начинал дрожать, стоило ему завидеть, как улицы начинают посыпать солью. Значит, скоро выпадет снег, и наступит страшная суровая зима."

"Может, Наступающий на бессмертных Император со стороны выглядел впечатляюще, но только он сам знал правду о себе. На самом деле, он был просто бродячим псом, который всегда искал место, где он мог бы свернуться калачиком, место, которое можно было бы назвать домом.

Однако даже после пятнадцати лет поисков он так и не смог его найти.

Поэтому его любовь и ненависть распределялись между людьми до смешного просто...

Кто-то побил его, и он возненавидел.

Кто-то дал ему чашу бульона, и он влюбился.

Одна чашка супа в нужный момент решила все.

Глава 60. Этот достопочтенный откроет вам тайну

Используя магическую технику, корабль очень быстро доплыл до пункта назначения. На следующее утро они прибыли в порт Янчжоу, где у входа в гавань их уже ждали несколько превосходных лошадей.

Юйминь, которые не нуждались в еде, сидели у парома и отдыхали с закрытыми глазами. На пристани были люди, которые занимались своими обыденными делами. На рассвете их было не так уж много, но лодочники уже вышли на работу. Они собирались группами по три-пять человек, чтобы поесть жидкую кашу и булочки на пару. Время от времени они смотрели с любопытством на незнакомцев.