Жизнь на общем языке

Я просто буду толстеть, а ты будешь наблюдать этот процесс, находясь рядом со мной. И да, я пойду за тебя замуж, и не потому, что беременна, а потому, что выяснилось, что жить без тебя у меня плохо получается. И да, нам придется как-то решать вопрос, чтобы устроить совместное проживание вместе с бабушкой, Пашкой и Робертом Ромуальдовичем, то есть всем колхозом сразу, – вывалила на него все и сразу Клавдия.

– Этот вопрос я уже решил, – отмахнулся Матвей, напряженно всматриваясь в выражение ее лица.

– Как? – подивилась Клавдия.

– Путем сложного обмена и купли-продажи с вашими соседями по лестничной площадке, – торопливо объяснил он и отмахнулся: – Это сейчас не важно, Клав.

– С Григорьевыми? – поразилась Клава. – Которые переезжают? Это они, что ли, из-за тебя собрались переезжать?

– Из-за нас, – досадуя, что приходится обсуждать столь неважные в этот момент вещи, объяснил Матвей и попытался задать главный вопрос: – Клав…

– Но у тебя квартира намного больше и в дорогом доме, с классным ремонтом, а у них…"

"– Да все это ерунда, Клав, – скривившись, недовольно отмахнулся Матвей.

– А как тебе это удалось? – все дивилась Клавдия. – Они же никуда не собирались переезжать! Они очень милые люди, и бабуля с ними дружит, и, если бы они задумывали продажу квартиры или переезд, она бы точно знала.

– Подкуп в виде возможной халявной выгоды как мощную мотивацию еще никто не отменял, – пояснил торопливо Ладожский, захваченный более важными и насущными мыслями.

– Ничего себе, – дивилась таким чудесам Клавдия.

– Подожди, – потребовал Матвей и спросил наконец: – Ты беременна?

– Да, – подтвердила весело Клавдия и кивнула.

Весело. Ну а как еще? Потому что, стоило ей увидеть эти красно-розовые куски арбуза, как сразу же все-все в ее жизни наконец заняло правильные и достойные места.

– То есть… – все никак не мог до конца осознать ошеломляющую новость Ладожский.

– …в июне месяце ты станешь отцом, – закончила его вопрос предупреждающим ответом Клава. – Пока не знаю кого, мальчика или девочки, не спрашивала, хочу сохранить интригу, – объясняла она.