Камаэль (СИ)

– Как вообще получилось, что он заработал пневмоторакс? Болезнь? Боевая травма?"

"– Его ранили, – после долгого молчания отозвался Лаирендил, всё так же не глядя на меня. – Мы делали вылазку в город пару лет назад. С охотой были некоторые неудачи, и нам пришлось искать еду там. Не знаю, что именно произошло и как нас узнали, но один отряд кинулся на нас. Валенсио сражался до последнего. Не знаю даже, где он научился так сражаться, но он убил шестерых, прежде чем последний оставшийся в живых ткнул в него кинжалом. Думаю, это скорее была даже случайность, чем запланированная атака.

Целители едва вытянули Валенсио с того света.

– Что ж, приятно знать, что у меня там почти появилась более приятная компания, чем опостылевший муж, – вяло улыбнулся я.

Лаирендил коротко фыркнул и изогнул губы в улыбке, выражение его лица стало мягче и приятней, я, наконец, смог расслабиться. Некоторое время мы молчали, глядя в огонь и думая каждый о своём. Не знаю, чем была занята голова эльфа, а вот у меня была куча вопросов, ответы на которые трудно было получить.

Чем сейчас занят Джинджер? Как скоро явиться Аэлирн? Каковы наши шансы на победу? И как там Виктор? Сердце стиснуло ледяной болью, следом – яростью, но мне удалось взять себя в руки и отделиться от слишком ярких эмоций.

– Он часто думал о тебе. – Наконец прервал пагубную тишину Лаирендил и обернулся, скрестил на груди руки, воззрившись на меня с таким обвинением, как будто бы это я нарочно влюбил в себя Советника. – Почти что бредил.

– Я смотрю, это твоя больная мозоль после смерти мужа.

– Не совсем ещё остывший после мыслей о брате, я не смог проконтролировать свой язык и тут же прикусил его. – Прости, не стоило мне говорить этого.

– Может и не стоило, но ты попал в точку, как и всегда, – нахмурился мужчина и чуть дёрнул головой, как если бы пытался отогнать надоедливую муху. – Он для меня очень важен.

– Я видел твоего сына, – я решил перевести разговор в мирное русло, и, кажется, не прогадал. Лицо Лаирендила посветлело, он вновь улыбнулся.

– Ребята у реки за ним приглядывают. Но всё же мне любопытно, почему он там, в дебрях, а не с тобой. Кажется, здесь безопаснее, чем с беженцами, которые собираются начать партизанскую деятельность.

На этот раз я снова сказал нечто не то – эльф скривился, как будто у него внезапно заболел зуб, прикрыл глаза и вновь отвернулся к огню. Он стал казаться меньше, беспомощней. Старше.

– Михэль настоял на том, чтобы Винсент был где угодно, но не здесь. Это… личное.