Камаэль (СИ)

А после подался вперёд и, судя по стону Виктора, пропустил его член в собственное горло. Кажется, я даже видел это, а оттого мой собственный член ныл невыносимо. Забывшись, отпустив меня, Виктор потянулся, коснулся кончиками пальцев бледной кожи на щеке Аэлирна. Тот вздрогнул, зажмурился, как если бы ожидал удара, и я почувствовал, как теплится внутри него доверие, он пытался поверить и моему брату тоже, подпустить его ближе. А тот не стоял столбом – осторожно скользнул рукой ниже, принимаясь поглаживать его напряжённую шею, и Аэлирн невольно распахнул яркие глаза, в которых дрожали слёзы.

Охнув, Виктор осторожно подался назад, давая Павшему возможность продышаться и прийти в себя. Чуть шатнувшись, эльф поднялся на ноги и тряхнул головой, а затем глянул на меня, оценивающим взглядом скользнул между ног, явно пытаясь сравнить их собственные аппетиты и возможности моего тела.

– Подготовь его. А я сейчас, – бросил Аэлирн, сладко улыбнувшись и отойдя к кровати, зарывшись в тот мешок, что притаранил в трактир.

Словно во сне я наблюдал, как брат опускается передо мной на колени, раздвигает мои ягодицы и приближается, явно собираясь исполнить просьбу «старшего». Не находя в себе сил смотреть на это, я зажмурился, впился пальцами в подоконник, запрокинул назад голову, пытаясь слишком громко не стонать, когда прохладный язык вампира скользнул меж ягодиц, чуть надавливая на анус. Я слышал приглушённый, неразборчивый шёпот Павшего, сбитое, частое дыхание возбуждённого Виктора, чувствовал терпкий запах желания и страсти, и это всё дурманило лишь больше.

На шею мне скользнуло что-то прохладное, и я почувствовал приятный прилив сил – Аэлирн вернул мне амулет Куарта.

– Что-то ты неохотно работаешь, Виктор. Что за дела? – притворно возмущённым тоном произнёс Аэлирн и чуть надавил на голову вампира, и его язык скользнул внутрь. Я сдавленно всхлипнул и крепко зажмурился, пытаясь не толкаться бёдрами ему навстречу. – Хм, так-то лучше, мои хорошие. Так-то лучше.

Я слышал улыбку в его голосе, и она была прекраснее всех тех, что я знал прежде, а оттого охотнее отдавался их задумке, хоть и подозревал, что на утро едва ли смогу встать с кровати из-за их дури.

Наконец, Виктор отпрянул, а тёплые ладони Аэлирна подхватили меня под бёдра, поднимая с подоконника. Я попытался обнять его, но он со смехом ускользнул от меня, и я лишь уткнулся носом в нос брата, который довольно, сладко улыбался, оглаживая меня взглядом и ладонями.