Камаэль (СИ)

И, сдаётся мне, что, если я этим проходом воспользуюсь, мы поймём друг друга куда как быстрее, чем просто разговаривая, – точно ничего вокруг странного не происходило, менторским тоном возвестил Аэлирн. – Ведь отношения – достаточно серьёзная и трудная штука, строптивый мой волчонок. Это тебе не вампиров резать и не дроу вздёргивать на ветках вдоль тракта. Тут надо быть потрясающим тактиком, стратегом, но при этом – философом. – Пару секунд он молчал, а затем хмыкнул. – В общем, я тебе потом объясню, а пока что давай начнём закладывать основание нашего моста.

– А я в основании этого моста учитываюсь, а, спаситель заблудших душ?! – не выдержав и преисполнившись ревности, я ворвался в уборную и застал достаточно интересную сцену.

Обнажённый по пояс, уже чистый, с мокрыми волосами, Виктор едва не взбирался с ногами на подобие раковины, а вот Аэлирн с хищной улыбкой уже пытался стягивать с него брюки – даже развернул к себе задницей. На дереве стены кое-где остались следы от когтей Виктора.

Видимо, устыдившись слов Павшего, брат решил стремительно обмыться с помощью воды, которая была здесь же, в огромном бочонке, и раковины – наверное, самой древней из тех, что имелись во всех возможных мирах, – и даже преуспел в своём деле, но Аэлирн его застал за попыткой приодеться. По крайней мере, из-за пояса новых брюк выглядывало именно то кружевное бельё, которое Павший прихватил в магазине для вампира.

– Ох, конечно, солнышко моё. Конечно учитываешься! – радостно воскликнул Павший, похоже, обрадовавшись «богатому улову», который ухватили его коварные сети.

– Мы здесь, кажется, засиделись. Предлагаю пойти и проверить местные комнаты.

– Ещё чего. – Рыкнул вампир, вырываясь наконец из похотливых рук Аэлирна и принимаясь натягивать на себя шёлковую рубашку, которая ему явно была очень к лицу. – Я всё ещё голоден.

– Не переживай, мой хороший, я тебя накормлю – у меня на всех хватит, – обольстительно улыбнулся беловолосый мужчина, скользнув кончиками пальцев по слегка покрасневшей щеке Виктора.

– Кхм, ты уж прости меня, свет очей моих, но я предпочитаю свежее мясо, – резковато оправив на плечах новый плащ, победоносно улыбнулся Виктор.

Несколько мгновений Аэлирн глядел на него растеряно и непонимающе, а затем на его внезапно вытянувшемся лице отразилась такая почти детская обида, что я не выдержал и рассмеялся, а затем, подхватив героев-любовников под локотки, повёл их обратно – завершать ужин.