Извращенное королевство

– Нет, – произносит голос. – Мы уходим. Сейчас же.

«Папочка.

Папочка все еще там.

И мама тоже».

Глаза приоткрываются самую малость. Двое мужчин забираются в черный минивэн. Один из них – доктор Шепард, папин личный врач.

Он склоняется к телу в окровавленной белой рубашке.

Папочка.

«Не оставляй меня».

Второй мужчина сидит по другую сторону от папы, пристально за ним наблюдая.

– Поджигай, – приказывает он мужчине рядом с минивэном.

Мужчина говорит что-то по рации, и поместье загорается.

Я смотрю затуманенным взглядом на мужчину рядом с папой.

– Вперед. – Он отдает приказ, и минивэн летит по дороге, а за ним мчатся остальные черные машины.

Его голос.

Это он.

Тот, кто сказал моей ма, что она не заслуживает этой жизни и сегодня жизнь ее закончится.

Тот, кто прямо сейчас сжигает ма заживо.

Тот, кто забирает папочку подобно тому, как небо забрало Илая.

Тот, кто не проявляет чувств, когда творит все это.

Дядя Агнус.

Глава тридцать третья

Эльза

Настоящее

Я вскакиваю, сердце яростно бьется в груди.

Агнус.

Дядя Агнус.

Это он стоит за пожаром и убил мою мать. Ну, вообще-то она себя застрелила, но на тот момент еще не умерла. Он сжег поместье, зная, что она была там.

Он все это время был рядом с папой и присматривал за мной.

Ради чего?

Все это совершенно ненормально.

Эйден встает и накидывает пиджак мне на плечи.

– Что с тобой? Вспомнила что-то важное?

Сверлю взглядом его темные глаза, и мое дыхание немного восстанавливается.

– Это был Агнус. Он спас меня и папу, но убил мою мать."

"Между его бровями появляется недовольная морщинка.

– Твоя мать уже была мертва.

– Нет! Я слышала ее стоны! И он тоже, когда выносил меня из подвала, но знаешь, что он сделал? Просто вышел на хер оттуда. Он желал ей смерти, Эйден. Сжег дом, когда она была внутри.

Меня трясет, тело проходит сразу все стадии шока и гнева.

– Он убил ее… Убил мою мать.

– Успокойся, Эльза. – Эйден гладит мою руку, его голос сильный, но при этом успокаивающий.

– Не могу! Он ма убил, Эйден!

– Она застрелилась, – произносит он вымученно, сохраняя терпение, которым никогда не обладал. – Она хотела умереть.

– То, что ты желал ей смерти, еще не значит, что ей этого хотелось.

Уголок его левого глаза подергивается, и я сожалею об этих словах, как только их произношу. Да что со мной, черт возьми?

Ма была монстром в глазах Эйдена.