Изумрудные объятия

Ей хотелось дотронуться до Кригэна или чтобы он сам взял ее за руку, но он этого не делал. Мартиса стиснула зубы. Не боясь привидений, все же ночью, в полной темноте, она вполне могла бы представить, как все эти мертвые Кригэны встают из гробов и танцуют в кромешной темноте.

Лэрд Кригэн остановился прямо перед дверью, которая перегораживала коридор. Мартиса подумала, что он собирается отпереть старый заржавевший замок, но нет, он повернулся к дверям, расположенным слева.

— Подождите, что… что за этими дверями?

Он выгнул бровь.

В тусклом свете свечей, горевших в склепе, его лицо казалось еще красивее, и в нем еще сильнее чувствовалось нечто дьявольское.

— Там, Мартиса, находятся совсем древние склепы. В те времена мертвых не клали в гробы. Тогда, миледи, существовал другой обычай. Покойного клали на камень, накрывали саваном и оставляли разлагаться естественным путем. Я установил эти двери много лет назад, после того как Элайна, которая тогда была маленькой, заблудилась здесь и чуть не умерла от страха.

Туда больше никто из нас не ходит. Я собираюсь заложить этот проход кирпичом.

Мартиса поежилась, представив мертвецов, пролежавших сотни лет… от них остались одни скелеты, но они по-прежнему одеты в шелка, бархат и меха.

— А здесь лежит Мэри, — тихо сказал Брюс Кригэн.

Склеп рядом с самым древним был совсем новый. Лэрд Кригэн открыл дверь, Мартиса вошла внутрь и увидела на кирпичных полках деревянные гробы искусной работы.

Склеп был хорошо освещен фонарями, и нигде не были ни следа паутины.

Захоронение Мэри было самым последним. Ее гроб стоял в среднем проходе. Гроб охранял прекрасный мраморный ангел, сидящий на могильной плите. Рядом было выгравированы золотыми буквами имя Мэри Элизабет Кригэн и эпитафия:

«Ее душа была слишком прекрасна для нашей земли, и теперь она пребывает среди ангелов».

Перед гробом лежали свежие цветы.

Мартиса вспомнила Мэри, и к ее глазам подступили непрошеные слезы.

Не обращая внимания на лэрда Кригэна, она прошла мимо него, встала на колени перед гробом и опустила голову. Вдруг она услышала какой-то звук, словно кто-то шмыгнул носом. Звук был тихий, но очень жалобный и, казалось, исходил из самого гроба. Как будто из других гробов восстали мертвые и призраки пришли оплакать новую потерю.

Мартиса вскрикнула от ужаса и вскочила на ноги. Сильные руки обняли ее за плечи, и она была этому только рада.