Только для нас

Самолет вылетает через три часа, мне удается купить билет в последние минуты буквально, еще на своем рабочем месте.

С собой не беру ничего, только маленькую сумку с личными вещами, остальное сдаю на хранение в багажную комнату отеля.

Там тоже не особенно много, три сумки всего… Вся моя пятилетняя жизнь в столице. Все, чем разбогатела. Ну, и еще котлован на месте будущего дома…

Смешно, что я буквально несколько недель назад ценила это все, думала, что хорошо устроена, что чего-то добилась, что мне есть, ради чего столько работать…

А в реальности все так просто: карьера — фикция, тебя уволят в любой момент.

Это сейчас мне надо было, по своей воле ушла. А если б не по своей? Подсидели, не справилась бы с задачами, еще что-то? Это такое эфемерное достижение, что сейчас даже смешно думать о своем заблуждении… Вещи? Какие вещи? Кому они нужны, эти вещи? Все, что мне необходимо в жизни, уместилось в дамскую сумку. Квартира… Это вообще не обсуждается.

Вот и получается, что пять лет моей жизни были туманом, который слетел, пропал без следа, стоило возникнуть чему-то действительно важному, серьезному…

Не надо было мне уезжать от них.

И с самого начала не надо было. И потом тоже. Дура, какая дура! А если он уже… А если…

Самолет от столицы до моего города летит час, и я весь этот час я не смыкаю глаз, не могу есть, пить, читать. Только смотрю в окно, на пролетающие внизу облака, с виду такие плотные, что кажется, будто по ним можно ходить.

Я думала, что можно.

Я ошибалась и теперь падаю со все большим ускорением.

Надеюсь, меня поймают, не позволят разбиться о жестокую реальность.

Пусть хотя бы у самой земли…

Глава 44. Тим

— Да все нормально, — я, с легкой гримасой боли, встаю с больничной койки, перехватываю мобильный в другую руку, топаю к окну, — сегодня поеду домой… Отчеты я видел, да. И вопросов много по ним.

— Да сидел бы ты на жопе ровно, а?.. — ленивый голос Ваньки льется из динамика, я прямо представляю, как он сидит в своем кресле, развалившись или, может, даже крутясь, словно маленький, в одну и другую сторону.

— Хватить людей кошмарить…

— Это они меня раскошмарили той хуйней, что прислали, — усмехаюсь я, отыскивая заначку с сигаретами, — я глянул, чуть не поседел… Как еще магазы на плаву с такими доходами и таким расхождением…

Подкуриваю, затягиваюсь легонько.

Врач строго запретил, орал и матерился. А, когда Ваньку поймал на той неделе курящим, вызверился и запретил ко мне приходить.

Пришлось долго извиняться бабками.