Ищи меня в России. Дневник «восточной рабыни» в немецком плену. 1944–1945

Созданное там правительство, так называемого Отечественного Фронта, вчера объявило войну Германии! Ну, разве это не чудесные, замечательные новости?!

В прошлую субботу и вчера приходил Джонни. Он подтвердил сказанное Яном и Зигмундом о восстании в Варшаве, однако его прогноз не столь оптимистичен. «Поляки слишком поторопились, – заметил он, – по-видимому, понадеялись на быстрое продвижение Красной армии и на ее поддержку. Силы сейчас, конечно, неравны, и, если помощь вскоре не последует, восстание, пожалуй, обречено на провал!»

Еще Джон сообщил, что именно в эти дни в Канаде происходит какая-то встреча английских и американских военных деятелей, где, несомненно, решается вопрос об усилении боевых действий со стороны союзников.

В эти два вечера мы просидели с ним немножко дольше, чем обычно. В субботу Джонни выглядел расстроенным. В последнем письме родители сообщили ему, что внезапно исчез из дома его младший 17-летний брат Эдвин. Предполагают, что он сбежал в армию, так как со дня наступления англо-американцев в Нормандии буквально бредил боями с фашистами.

– Я его, конечно, понимаю, – говорит Джон, хмурясь.

"– Вчера вечером я был дневальным по лагерю и не смог прийти к вам, – сказал Джонни, когда я вышла его проводить и мы стояли вдвоем на крыльце. – Но ты просто не представляешь, как, с какой страшной силой меня тянуло сюда! Мне почему-то казалось, что тебе плохо, что ты… Что ты тоже хочешь меня видеть… С тобой все в порядке? Ничего не случилось?

– Абсолютно ничего, Джонни.

Меня даже озноб передернул от подобного откровения Джона. Что же это? Неужели в окружающем нас безвоздушном пространстве существует нечто сверхъестественное, что связывает отдельные человеческие души и в определенные моменты подает им тайные сигналы? Наверное, такое возможно лишь между духовно близкими, лишь между духовно родственными душами.