Игры героев

Я шел первым по опустевшему, залитому кровью коридору и старался не отвлекаться.

Следом Илай вел Ярину, замыкал шествие маленький Борк, все еще не восстановивший магическую силу, но с булавой наготове. На лестнице было пусто.

Вот и распахнутая дверь в первый отсек, откуда доносятся проклятья трупоносов и плач.

Впереди – Хатбор.

Я отключил темное зрение – если надумаю биться, оно будет мешать – и наблюдал неторопливое кружение двух великанов. Краснобар выглядел расслабленным, а вот орк думал его одолеть и ждал, когда противник раскроется, чтобы нанести один-единственный, смертельный, удар.

Жаль, что у меня нет лука.

Единственное дистанционное умение – заклинание ледяного удара, так и оставшееся на первом (считай – бесполезном) уровне. Я не прокачивал его, не до того было. Да и прокачивай… Не маг я, не достигнуть мне в этом деле высот, а значит, не стоит и стараться, тратить ману, опыт, время.

Простое оружие бессильно против Краснобара и его заговоренных доспехов.

Для заговоренных хрустальных стрел Вианы здесь было слишком тесно – мы сами попали бы под удар.

Оставался еще отравленный кинжал, Коготь смерти.

Коготь смерти

Холодное оружие, режуще-колющее.

Класс: уникальное.

После нанесения раны противник получает –10 урона каждый час.

Попробовать, что ли? Рискнуть? Вон, у Краснобара шея не защищена. Дальше тянуть нельзя – по лестнице затопали освобожденные монстры, скоро они выдавят нас с пролета в коридор, и мы потеряем единственное преимущество – неожиданность.

Еще у меня был язык болотной волчицы, предположительно ядовитый, предположительно – опасный. Но времени разбираться с его применением не осталось, да и кинжал выглядел надежнее.

Я вернул мечи в ножны, выхватил отравленное оружие и кинулся к врагу, сосредоточив внимание на незащищенном участке шеи между его шлемом и кирасой. Одновременно, заметив меня, в атаку пошел Хатбор… Мы были уже близко к врагу, я занес кинжал…

Сиреневая вспышка.

Нас отбросило назад. Руки мои были пусты – магическое оружие испарилось. Мечи Хатбора, однако, остались при нем.