Игры мажоров. \

Мышка не вылетела из Игры, а я выиграл столько денег, что может быть, даже получится вернуть в сейф всю сумму.

Я оставил пять косарей в указанном месте, правда, не сориентировался сразу, потому опоздал на пару. Зато очень быстро от бота пришло сообщение, что я теперь в учредителях, а следом и ссылка-приглашение в чат.

Там не было имен, только никнеймы. Даже без аватарок, просто цветные круги. Я как раз попал на обсуждение задания и успел в нем поучаствовать.

Попробовал изменить пощечину на что-то другое, но не вышло.

Смываю кровь, промакиваю ссадину салфеткой, пока Мамаев раздражающе зудит над ухом.

— Так вы поругались или нет, Ник? Чего она на тебя набросилась?

— Отстань, Анвар, — поворачиваюсь к другу, прижимая к скуле салфетку, — ударила и ударила. Не убила же.

Но тот продолжает сканудить.

— Нет, а все-таки, скажи, это из-за Милены?"

"— Уйди, душнила, — отпихиваю его с дороги и направляюсь к выходу.

Заходим в класс, Мышка сидит за партой, опустив голову. Рядом эта крыса Алина. Не люблю ее, сам не знаю, почему. Не потому, что аут. Просто не люблю.

Атмосфера натянутая и напряженная, все ждут как я отреагирую. Те, кто бетят Игру, наверняка поняли, что это было задание. Остальные считают, что аут не смеет поднимать руку на мажора. Тем более на пару.

Иду на свое место и падаю у окна. Вижу, как вздрагивают узкие плечики Мышки, и внутри затапливает непривычная нежность.

Хочется подойти, закрыть собой, спрятать ее от всех. А лучше усадить в машину и увезти подальше. Но я лишь смотрю на ее спину, упираясь локтями в столешницу, и молчу.

— Ник, — зовет Милена. Нехотя оборачиваюсь. — Почему ты молчишь?

— Разве что-то случилось? — спрашиваю. Милка возмущенно встряхивает головой.

Отстраненно подмечаю, как красиво взлетают при этом ее гладкие блестящие волосы и как безукоризненно они ложатся обратно. Раньше мне это нравилось, но сейчас не торкает.

— Ты что, Ник! Так просто спустишь Заречной этот зашквар?

Мышка делает вид, что не слышит, но я вижу, как ее рука сжимает край стола.

Отвечаю Милене, продолжая смотреть на Машу:

— А тебя чего так бомбит? Она — моя пара, я с ней сам разберусь.

Напряжение вокруг спадает, народ теряет интерес ко мне и к Мышке. Мажор сам разберется со своим аутом, это никого больше не касается.