Игры мажоров. \

Она еще что-то говорит, но микрофон успевают отключить. Зато на мониторе появляется заставка из красных и фиолетовых сердечек, а я впиваюсь ногтями в ладони.

И закрываю глаза.

Глава 28

Никита

Хорошо, что этой облезлой токсичке выключили микрофон. Еще бы монитор кто вырубил.

Она явно выполняет задание Игры, вон как руки трясутся. Ясно теперь, почему меня из учредителей исключили. Сейчас начнут отца и Дарью хейтить.

Точняк кто-то спалил, как отец за ней в лицей заезжал. Может, они уже и спят, он в последнее время весь на позитиве.

Мышка в моих руках с ужасом смотрит на монитор, вздрагивает и отодвигается.

На экране появляются фото старых пожелтевших газет, а из динамиков раздается голос, измененный с помощью проги. И когда до меня доходит смысл сказанного, внутри буквально все леденеет.

— Шестнадцатого сентября ... года на вечеринке посвящения в студенты трое старшекурсников изнасиловали студентку первого курса Дарью Нестер.

На экране транслируется допотопный ролик с репортажем такого же древнего телевизионного канала. И фото. Сначала молодого отца, затем девушки, и я непроизвольно вздрагиваю.

Дарья. Она, конечно, изменилась, но узнать можно. А еще она до боли похожа на Мышку.

Теперь внутренности опаляет жаром.

Это ложь. Этого не может быть, потому что мой отец на такое не способен. Он не мог. Или...

Ищу глазами отца, и руки сами сжимаются в кулаки."

"Его помертвевшее лицо больше напоминает белую гипсовую маску. Он смотрит на Дарью со смесью ужаса и боли, потом переводит взгляд на меня.

И тут меня пробивает.

Она это имела в виду, моя тетя, когда назвала отца чудовищем? Так это она его щадила. Если это правда, то он хуже, чем чудовище.

Дарья словно в прострации. Стоит и смотрит в одну точку невидящим взглядом.

— Дело вел следователь Алексей Заречный. Нестер скрыла, что забеременела от одного из насильников, она выходит замуж за Заречного и берет его фамилию, — продолжает закадровый голос. — Ее мужа убивают в пьяной драке, и Дарья Сергеевна возвращается в столицу. Заводит роман с Топольским, а свою дочь подсовывает его сыну, не заботясь, что они могут быть братом и сестрой. Самого Топольского, похоже, это тоже мало волнует.