Ядовитое жало

— Можешь вычеркнуть Когута–второго из кондуита.

Юра с удовольствием выполнил приказание своего начальника. Он всегда испытывал радость, когда можно было вычеркнуть кого‑либо из кондуита ― проверенный, чистенький, наш!

Серовол ушел в штаб и вернулся только под вечер. Он сказал Юре, что видел Москалева и тот дал понять, что каких‑либо новостей у него пока нет.

— Товарищ капитан, а за Когутом–первым надо бы устроить наблюдение. Не ровен час…

— Уже сделано, товарищ Коломиец! — шутливо отрапортовал Серовол, прищурился и спросил неожиданно: — Вот ты, Юра, предсказатель… Можешь угадать, какие события произойдут в ближайшие сутки?

Это было сказано неспроста.

И ироническое словечко «предсказатель»… Сжав губы, Юра пристально смотрел в глаза своему начальнику и по танцующему в них веселью понял, на что тот намекает. Спросил едва слышно:

— Самолеты прилетят?

— Да, — так же тихо ответил капитан. — Нашего полку прибудет. Держись тогда, Ганс…

На этот раз все было сделано тихо, четко и гладко.

В полночь отряд был поднят по тревоге, роты отошли на пять километров в сторону Старого кордона и заняли там оборону.

Никто, даже командиры рот не знали в чем дело, пока не появились самолеты. Сигнальные костры у Старого кордона зажгли бывшие военнопленные, явившиеся туда из своего «санатория» под командованием комиссара на час раньше. Они приняли грузы и двух парашютистов. В тюках ― оружие, боеприпасы, обмундирование на сто пятьдесят человек. Новых бойцов вооружили и одели тут же, на «аэродроме». В эту ночь «санатория» не стало, появилась четвертая рота.

Оба парашютиста исчезли раньше, чем их успели хорошенько рассмотреть. Говорили, что их увел куда‑то Третий.К утру отряд вернулся на свои обжитые места.

Юра Коломиец нашел своего начальника в той же хате бабки Зоей, из которой они вышли незадолго до объявления ночной тревоги. Уже хорошо рассвело. У ворот, точно часовой, прохаживался почтарь Вася Долгих.

— Гости… — тихо сказал он проходившему мимо Коломийцу.

В той половине хаты, которую они занимали с Сероволом, сидели за столом два бравых усатых молодца.

Они вели с хозяином какой‑то деловой разговор.

— Вот он! — обрадованно и в то же время сердито воскликнул капитан, как только Юра переступил порог. — Мой помощник. Знакомься, Юра. Это — Петрович. Это — Сергей, Сережа…

Петрович был постарше. Лицо тонкое, интеллигентное. Энергично пожимая руку Юры, он цепким взглядом ясных внимательных глаз ощупал фигуру помощника Серовола, как бы проверял на крепость.