Я тебя верну

Мог бы проехаться по Яшиным так, что от их компании бы мало что осталось. Я мог бы сделать поклонника Марины нищим.

Особенно если сильно разозлился бы. А я разозлился. Когда Марину в купальнике этот мальчишка в душ потащил.

Но думать нужно было о другом. Марина дала понять всем, что мы знакомы. А это могло быть опасно для нее.

Ситуация усугубилась тем, что со мной разговаривать Хулиганка отказалась категорически. Избегала встреч.

Пришлось прессу, в том числе Олесю эту липучую, и суды притормозить.

Наблюдать.

Не портить же Марине счастье. Вдруг там правда любовь?

Хотя хотелось. Руки чесались зарыть Яшина в землю. Причем младшего еще больше, чем старшего. Умом понимал, что Алексей там вообще ничего не решает и от дел далек так же, как я от любимой отцовской рыбалки. Иногда езжу, но если по-честному, то не мое.

Я сомневался, что делать дальше. С одной стороны Марина. С другой — большие деньги. Понять надо было, насколько у нее с Яшиным серьезно.

И если бы вдруг несерьезно. Если бы он ее обидел, не дай бог, то пздц ему.

А еще... Если несерьезно, то, может, нам с Мариной стоило бы поговорить о нас. Ну мало ли. Три года прошло, вдруг? Просто попробовать.

Две новости изменили всё. Хорошая и плохая. Плохая — что у Марины всё серьезно. Хорошая — что у меня появился свой собственный уютный, пахнущий сдобной булочкой Мирок.

Бросаю взгляд на дочь. Марина в очередной раз изменила в моей жизни все. Причем особо и не стараясь, просто ведя себя естественно. В своем духе.

Три года назад мне так же не терпелось вступить в схватку с Шубиными и победить.

Любой ценой. Даже не рассматривал возможность сдаться и поехать с Мариной в город. Это привело к тому, что несколько лет мой ребенок жил без меня. Без защиты, без денег, без внимания.

Да и кто мог знать, что дочка мне так сильно понравится?

Мира смотрит на мир честными голубыми глазищами. Ее искренняя мимика поражает каждый раз всё больше. Ее вопросы, размышления. Хотя ей только два. Что дальше-то?

Она очень теплая девочка.

Если лепит из снега пирожок, то непременно угостит. Если видит, что я серьезен, спешит пожалеть. Если просишь дать носик поцеловать — тянется, ни секунды не сомневаясь.

Вообще ни мгновения.

Кончик дочкиного носика для меня доступен каждую секунду нашего общего времени.

Ее безопасность и покой, бесспорно, превыше всего на свете. Если ее мама считает, что будет счастлива с этим мальчиком, то что нам остается, Мирок, да? Война еще никого счастливее не сделала.