Громов: Хозяин теней

Мне почему-то казалось, что добытчики просто уходят, хватают, что под руку попадётся, и убираются восвояси. А оно куда как сложнее всё.

— Верно, — Еремей остановился и огляделся. — Ишь… поредело. Значит, вода рядом. Воду чуешь?

Я прислушался.

И нет.

Я не чуял. А вот Тень — та добралась, и я увидел уже её глазами узенький, с ладошку шириною, ручеёк, который пробирался сквозь покрывало травы. Тень в него забралась с лапами и, опустивши голову, жадно лакала иссиня-чёрную воду.

— Тут… — я быстро сориентировался.

— Веди, — согласился Еремей. — Там и траву твою глянем.

— А назад? — Метелька оглядывался и изо всех сил старался сдержать дрожь. Но я чувствовал, как его колотило. — Назад мы… мы ж вернёмся, да?

— Вернёмся.

Тень держалась спокойно, а стало быть, крупных хищников рядом не было. Что-то подсказывало, что опасных тварей она почует куда раньше меня.

— Хорошо… а то так-то…

— Вот, — Еремей развернул его к веревке. — Видишь? Твоя крепится к основной жиле.

Это богатство?

Трава, земля… ручей вот? Это богатство?

Глава 34

Глава 34

«…трехкратное увеличение количества полезного сырья, полученного государственными и частными заготконторами, свидетельствует как об увеличении количества окон, именуемых в простонародьи „полыньями“, так и о существенном улучшении качества разработки данных локусов.

Из доклада князя Юсупова, посвященного проблемам внешней добычи.

Над ручьём земля приподнималась уродливым горбиком. Трава на нём собиралась купинами, меж которыми пробивалась другая, коротенькая и жёсткая, что щетина.

— Выкапывай с корнем, — велел Еремей, скинувши мешок. Из него достал пару лопаток, одну протянул Метельке, а вторую себе оставил. — А ты гляди по сторонам… эта трава зовётся ручейница. Так-то по-науке если, то иначе, но в народе ручейница, потому что растёт обычно по берегам ручейков. Корни у ней неглубокие, но в них, если пощупать, будто кругляши такие, вроде орешков. Их алхимики весьма ценят.