Громов: Хозяин теней

Да и сама трава полезная в лекарском деле.

— А говорят, что яды только… — не удержался я.

Кустики травы Еремей аккуратно укладывал в сумку.

— Так ведь всё-то может быть и лекарством, и отравой. Не веришь мне — у княгинюшки спроси, — хмыкнул Еремей. Работал он быстро и ловко, как-то так втыкая лопатку, что от легчайшего нажатия вываливался и кусок сизой земли, и корни, в которых будто драгоценные камни запутались.

Зеленые.

Точно изумруды."

"Я пригляделся, а потом интереса ради передал и тени приказ.

— Еремей… — я отступил к ручью и, захватив сетку, потянул. — А это то же самое? Или нет?

— Это поручейник, — Еремей подошёл и перехватил ношу. Сетка была тяжёлою, то ли от воды, то ли потому, что сама протягивалась туда, вглубь ручья. — Это… это хорошо. Только ты руки побереги.

Он одним движением ножа обрезал бороду то ли корней, то ли водорослей.

— Никогда не бери больше, чем утащить можешь. А лучше вполовину меньше, потому как многих жадность сгубила.

Еремей оглядывался.

А лес был. Вон, за ручьём. Десяток шагов, может, два. К нынешним расстояниям я ещё не приспособился, но чуял, что близко. И азарт требовал добраться. Вот прямо сегодня.

Я придавил азарт и уточнил:

— Надо возвращаться?

— Надо, — Еремей глянул на меня. На Метельку. Вздохнул. — Твоя тварь может чего мелкого принести?

— Тварь? — Метелька оглянулся, но только это и успел.

— Ты, — рука Еремея легла на Метелькину шею и сжала его. — Ты решай, с нами или как… если с нами, то кивни. Но назад дороги не будет. Узнаю, что Мозырю или ещё кому наушничаешь…

— Я… я… с вами…

— Вот и славно, — рука разжалась, но не сразу.

— М-метелька…

— Раб божий Метелька душой своей бессмертною клянусь служить сыну Моры…

— Я⁈

— Ты, — спокойно ответил Еремей. И я понял, что если Метелька откажется, то Еремей просто свернёт ему шею. Вот так… возьмёт и свернёт. А потом скажет, что произошёл несчастный случай.

На этой стороне наверняка часто происходят несчастные случаи.