Грешники

— А ты думал, я буду рыдать по всем твоим безвременно почившим сперматозоидам? — У меня снова тот самый нервный смешок, но на этот раз еще и достаточно ядовитый. И я чуть ли не впервые в жизни рада, что так и не сумела до конца искоренить в себе эту вредную привычку. — Мне плевать на твою жизнь, тебя и все, что с тобой связано. И если ты думаешь, что тебе каким-то образом удастся снова вернуться в мою жизнь, то за этот год ты потерял не только детородную функцию, но и половину мозгов.

Он снова тянется за сигаретой, потом натыкается на таблицу «У нас не курят» и, переломив сигарету надвое, бросает ее прямо на стол.

Я продолжаю уплетать десерт.

— Можно сделать экспертизу отцовства, — заявляет Призрак

— Ага, можно. — Еще один глоток ароматного чая с горчинкой имбиря, приятно и очень вовремя бодрит. — Есть на примете кто-то, кто даст на нее согласие?

— Маша, прекрати ёрничать, — снова подается вперед.

— Прости, это у меня на автомате — аллергическая реакция на чушь. На момент моей беременности, я была в законном браке, в свидетельстве о рождении записан мой официальный муж.

— Лисина другого мнения, — наконец, «рожает» он.

А я как раз ждала, когда он свернет в эту сторону.

Глава 86

То, что в этом «возврате» не обошлось без матери Гарика, было понятно с самого начала.

Годы в бизнесе научили не оставлять без внимания такие совпадения, которые даже на моей практике никогда совпадениями не были. Ну а тут все просто очевидно — сначала она заявляется и шантажом пытается выдрать у меня деньги, потом, когда уходит ни с чем, буквально на следующий день появляется Призрак.

Как будто он целый год до этого не ходил тайно на мою страницу и не мониторил мою личную жизнь. Он никогда не скрывал, что делал это постоянно во время наших отношений, а как позже выяснилось — и ДО их начала тоже.

Зачем это делает Лисина — понятно.

Я консультировалась с юристами (не уточняя нюансов), где и через что завещание Гарика можно признать недействительным. Ответ был только один — через признание его невменяемости. Как вариант — через его болезнь, хотя это было бы сложно доказать, потому что завещание Гарик составил сразу после нашего возвращения из Парижа.