Если наступит завтра

– Послушай, Трейси, вот интересный абзац. Наш друг был прав: «Амро-банк» переправляет пять миллионов долларов в золотых слитках в Голландскую Вест-Индию.

В номере наверху констебль Уиткамп удивленно изогнул брови:

– Это невозможно…

– Тсс…

Они продолжали слушать.

Прозвучал голос Трейси:

– Интересно, сколько весят пять миллионов долларов в золотых слитках?

– Могу сказать тебе точно, дорогая: тысячу шестьсот семьдесят два фунта. Это что-то около шестидесяти семи золотых слитков. Золото хорошо тем, что оно абсолютно анонимно.

Расплавляешь, и вот оно уже никому не принадлежит. Разумеется, непросто вывезти такое количество металла из Голландии.

– Прежде чем вывозить, надо взять его. А как? Не зайдешь же в банк и просто так не отнимешь!

– Что-то в этом роде.

– Ты шутишь!

– Когда речь идет о таких суммах, я никогда не шучу! Слушай, Трейси, давай сходим в этот «Амро-банк», осмотримся, что там к чему.

– Что ты задумал?

– Расскажу по дороге.

Послышался скрип двери, и голоса стихли.

Инспектор ван Дюрен яростно крутил усы.

– У них нет ни малейшей возможности завладеть этим золотом. Я сам разрабатывал меры безопасности.

– Если в системе охраны банка есть хоть малейший изъян, Трейси Уитни найдет его, – проговорил Дэниел Купер.

Инспектору ван Дюрену стоило большого труда сдержаться – тем более при его вспыльчивом характере. Этот американец допек его – с самого начала держался с превосходством, будто дарованным ему Богом. Но ван Дюрен был до мозга костей полицейским, и ему приказали сотрудничать с этим человеком.

Он повернулся к констеблю Уиткампу:

– Усильте группу наблюдения. Немедленно! Пусть фотографируют, а затем допрашивают всех, с кем они вступают в контакт. Ясно?

– Есть, инспектор.

– Только пусть действуют очень осторожно. Подозреваемые не должны догадаться, что за ними следят.

– Есть, инспектор.

Ван Дюрен посмотрел на Дэниела Купера:

– Вы довольны?

Американец не потрудился ответить."

"Следующие пять дней Трейси и Джеф не давали отдыха людям ван Дюрена, а Купер каждый вечер изучал все поступающие рапорты.

По ночам детективы уходили с поста прослушивания, но он оставался и фиксировал все, стараясь уловить доносившиеся снизу звуки любви. Купер ничего не различал, но представлял, как стонет от наслаждения Трейси: «Да, да, дорогой… Я сейчас умру… Как здорово! Сделай так еще!»

Затем долгий прерывистый вздох и тихое, пресыщенное чувством молчание. И все это ради него.

«Скоро ты будешь моей, – думал Купер.