Если наступит завтра

Короткое молчание.

– М-м-м… Восхитительно! Чем хочешь сегодня заниматься? Может, съездим в Роттердам?

– А если остаться дома и отдохнуть?

– Заманчиво.

Дэниел Купер понял, что они подразумевали под словом «отдохнуть», и поджал губы.

– Королева открывает новый дом для сирот.

– Очень мило. По-моему, голландцы самые радушные и щедрые люди на свете.

– Они бунтари – не признают никаких законов и правил.

Смех.

– Поэтому они нам так и нравятся.

Обычный утренний треп любовников. «Как они свободно держатся, как они раскованны друг с другом, – думал Купер.

– Кстати, о щедрости, – голос Джефа. – Знаешь, кто остановился в нашем отеле? Максимилиан Пьерпонт. Мне его так недоставало на «Королеве Елизавете II».

– А мне – в Восточном экспрессе.

– Наверное, приехал ободрать очередную компанию. Раз уж мы оказались рядом, надо им заняться. Поскольку он тут, под боком…

Трейси рассмеялась:

– Вполне с тобой согласна, милый.

– Помнится, наш друг всегда возит с собой бесценные артефакты.

Вмешался другой женский голос:

– Не возражаете, если я сейчас уберу комнату?

Ван Дюрен повернулся к констеблю Уиткампу:

– Установите наблюдение за Максимилианом Пьерпонтом. Немедленно доложите, если Уитни или Стивенс попытаются завязать с ним знакомство.

Инспектор ван Дюрен явился на доклад к главному комиссару Тоону Уилемсу.

– Похоже, они нацелились на разные объекты: проявляют большой интерес к богатому американцу Максимилиану Пьерпонту, посетили филателистическую выставку, осмотрели бриллиант «Лукулл» на Нидерландской ограночной фабрике и два часа торчали перед «Ночным дозором».

– «Ночным дозором»? Нет, это совершенно невозможно!

Главный комиссар откинулся на спинку кресла, размышляя, не напрасно ли он тратит свое драгоценное время и не напрасно ли разбазаривает людские ресурсы. Уж слишком много он выслушивает рассуждений и слишком мало ему представляют фактов.

– Таким образом, вы не готовы сказать, какой именно объект выбрали подозреваемые?

– Нет, господин главный комиссар.

– Вам сообщат? – нахмурился Уиллемс.

– «Жучки», – объяснил ван Дюрен. – Они понятия не имеют, что их подслушивают.

Ясность наступила на следующее утро. Трейси и Джеф заканчивали завтрак в номере Трейси. На посту прослушивания на верхнем этаже дежурили Дэниел Купер, инспектор Хооп ван Дюрен и констебль Уиткамп. Они различили звук разливаемого в чашки кофе.