Если наступит завтра

Их тела то отдалялись, то сближались, и наконец они, совершенно не касаясь друг друга, отдались безумной, яростной животной любви, и в момент наивысшего восторга зрители разразились криками. Прожектора то вспыхивали, то гасли, публика ревела, и Трейси внезапно осознала, что кричит вместе с другими. Она смутилось, поняв, что испытывает физическое желание. Трейси боялась встретиться с Джефом глазами. Воздух между ними будто наэлектризовался. Трейси потупилась, увидела на столе его сильные загорелые руки и почти почувствовала, как они ласкают ее тело – неспешно и настойчиво.

По дороге в отель они почти не разговаривали. У двери в номер Трейси повернулась к нему и сказала:

– Все было чудесно…

И в этот миг почувствовала на своих губах его губы. Обняла и притянула к себе.

– Трейси?..

На языке вертелся ответ «да», и ей понадобилось недюжинное усилие, чтобы ответить совсем иное:

– День был очень длинный. А я большая соня.

– Ах вот как…

– Пожалуй, завтра я посижу в номере, отдохну.

– Отличная мысль. Наверное, я поступлю точно так же, – спокойно ответил Джеф.

Ни один из них не поверил другому.

29На следующее утро в десять часов Трейси стояла в длинной очереди в музей Прадо. После того как отворили вход, охранник в форме открыл турникет, который пропускал внутрь по одному человеку. Трейси купила билет и вместе с другими вошла в ротонду. Дэниел Купер и два детектива следовали за ней. Американец почувствовал, как в нем нарастает волнение.

Трейси переходила из зала в зал и не спеша любовалась полотнами Рубенса, Тициана, Тинторетто, Босха и Доменико Теотокопули, прославившегося под именем Эль Греко. Картины Гойи были выставлены внизу, на первом этаже.

Трейси заметила, что охранники в форме стояли при входе в каждый зал и под рукой у всех была красная кнопка тревоги. Она понимала: едва завоет сирена, все входы и выходы будут запечатаны и шансы на побег исчезнут.

Трейси присела на скамейку в зале Муз, где были выставлены фламандские мастера восемнадцатого столетия, и скользнула глазами по полу. В дверной раме были круглые отверстия – видимо, на ночь включали сигнализацию с инфракрасными лучами. В других музеях, которые она посещала, охранники большей частью дремали, не обращая внимания на шумных посетителей. Но здесь служба охраны была настороже.