Февральская сирень

Вокруг сновали беззаботные люди, а рядом стояла женщина, от одной улыбки которой мир вокруг начинал переливаться всеми цветами радуги. Впервые за много лет он вдруг почувствовал, что абсолютно счастлив.

— Иди, катайся, — он снова поймал ее уже начинающую замерзать ладошку и прижал к щеке. — Я пойду к Максиму и Цезарю. Не будем упускать возможности потренировать его без поводка. А потом пойдем есть шашлыки. У нас ведь шашлыки по плану?

— Ага. — Лелька беззаботно тряхнула головой, отчего на ее спортивной шапочке смешно запрыгали ярко-красные помпоны.

 — С той стороны навеса, под которыми мангалы, дрова, столы с лавками, в общем, все для того, чтобы пожарить шашлыки. Мы это место еще и потому любим, что с собой ничего тащить не надо. Арендовал один навес — и все. Мальчики жарят, а девочки пьют глинтвейн и разговаривают.

— Когда-то я был просто мастер спорта по шашлыкам, — важно сообщил Дмитрий. — Думаю, что руки помнят, так что жди самый вкусный шашлык от Дмитрия Воронова.

— С нетерпением буду ждать.

 — Она натянула варежку и, помахав рукой, как маленьким разноцветным солнышком, побежала к краю горы, где ее поджидала Инна.

— Леля! — окликнул он, и она с удовольствием оглянулась на его зов.

— Я абсолютно убежден, что подружусь с твоими друзьями! Можешь совершенно не переживать по этому поводу.

— А я и не переживаю, — засмеялась она. — Они замечательные, ты тоже замечательный, так что тут, как говорится, без вариантов!

Шашлык тоже получился замечательный. Аппетитные куски мяса исходили сочным паром, разносящимся в морозном воздухе на всю округу.

Катающиеся издали с завистью смотрели на их навес, под которым краснели крупно нарезанные помидоры и теснились миски с соусом, распространяющим необыкновенную смесь запаха кинзы и чеснока. Маленькие соленые огурчики выглядели хрусткими, хлеб мягким, а уминавшая все это великолепие компания — счастливой и довольной.

— Первый раз такого профи вижу! — отдуваясь, сказал Гоша Полянский и восторженно хлопнул Дмитрия по спине.

 — Летом на даче будешь главным шашлычником, только, чур, не филонить!

— Не буду филонить, — засмеялся Дмитрий. — И приглашение на дачу принимаю. Договорились."

"С этими людьми ему и правда было спокойно и хорошо. Все они были веселые, но без развязности, уверенные в себе, но без фанаберии. Мужчины любили своих жен, а жены мужей. Подросшие дети не приставали к взрослым, не капризничали по поводу еды и вообще не привлекали к себе внимания.