Наследник для Валида

— Отпусти! Ненавижу! Подонок! Вы все подонки! Отпусти меня, Валид! Я хочу в свою жизнь! Верни мне мою жизнь! Я не могу! Не хочу!

Бьюсь с отчаянием погибающего в силках зверька, пытаюсь вырваться, но истерика как приходит за секунду, так и отпускает, висну в руках Валида, опускаю голову и, всхлипывая, ощущая, как этот сильный зверь держит меня в своих руках не напрягаясь, пока носки моих туфелек пола даже не касаются.

Чувствую, как утыкается носом мне в шею и делает глубокий вдох. Действительно по-животному обнюхивает и у меня волосы на загривке становятся дыбом, а по коже бегут мурашки.

Разворачивает меня в своих руках, тянет за прядку и заставляет откинуть голову, чтобы заглянуть в темные глаза, где зрачок слился с радужкой. В этой бархатной глубокой темноте что-то проскальзывает. Неуловимое, когда мужская ладонь опускается на мою щеку и стирает влагу.

Я плачу от боли и обиды, а еще от понимания, что сегодня моя жизнь была на волоске…

— Повезло, что я ничего не значу для тебя, Валид… Страшно подумать, что я чуть не стала ставкой в твоей игре…

— Повезло…

Повторяет за мной как-то глухо, и хватка в моих волосах усиливается, становится болезненной, когда я выдыхаю с отчаянием:

— Я не виновата ни в чем.

Я не шпион. Не агент. Я не понимаю твоей игры и знать ничего не хочу о твоих друзьях, братьях, врагах… Отпусти меня, Валид…Я… я не из твоего мира и я… хочу домой…

Слезы опять срываются с ресничек, а Байсаров неожиданно прижимает меня к себе с такой силой, что у меня кости хрустеть начинают, и шепчет горько мне на ухо:

— Глупая… глупая принцесса…

Ласкает меня по спине и я вздрагиваю.

Сердце у него бьется громко, сильно, я ощущаю эту пульсацию всем телом, пока он ласкает меня, опять тянет за волосы и, уже не спрашивая, накрывает мой рот своим, целует больно, сильно, вбивая язык в мой рот, заполняя меня своим запахом, вкусом, напором.

Прогибаюсь в спине, чтобы не сломаться от этого напора, цепляюсь за его широкую шею, царапаюсь, когда неожиданно взмываю в его руках и инстинктивно обхватываю бедра, скрещиваю щиколотки, чтобы не упасть, и ощущаю его жар, его желание, которое упирается в меня.

Мне казалось, что он холоден, что у него чувств нет, что мертвый он, но это не так.

Вот сейчас гулкие удары, ток его крови, его руки, так сжимающие меня, губы, так отчаянно терзающие меня.

Голова кружится, словно я иду под воду, и это действительно так. Словно меня накрывает цунами, волны бьют наотмашь.

Я ожидала всего, что угодно. Холодной усмешки.