Эра милосердия

Она издали увидела высокого мужчину, стоявшего спиной и сцепившего сзади руки. Перед ним колыхалось едва видимое облако со смутными тенями, но Агнешка решила, что это фонари отбрасывают колеблющиеся тени. Она подошла к мужчине, задрала голову, потому что тот был ну очень высоким, и звонко спросила:

— Дяденька! Можно поколядовать?

Мужчина медленно обернулся, из-под темных бровей сверкнули глаза, обведенные красными ободками.

— Что-о-о?

— Поколядовать! — храбро повторила Агнешка. Их стали окружать тени, напоминающие людей, из тумана вдруг выступил еще один мужчина, показавшийся ей странно знакомым.

Он вытер потный лоб, оперся на длинную палку, похожую на лыжную, и сказал хриплым голосом:

— Давай, Агнешка!

— Вы меня знаете! — обрадовалась девочка.

— Нет! — взревел высокий мужчина, сунул руку в карман и достал оттуда пачку денег. — Вот, держи. Забирай, все твое, только не пой, уходи!

Агнешка растерянно смотрела, как он бросает ей под ноги деньги, сверкающие и переливающиеся камешки, какие-то желтые металлические слитки… Может, если это все взять, маме хватит на операцию?"

"— Нет, Агнешка, не бери, возьми лучше вот, — странный мужчина покачнулся, отлепил руку от лыжной палки и тоже принялся рыться в кармане.

Протянул ладонь, которая показалась Агнешке подозрительно красной, и она увидела конфету. Леденец, ее любимый, все правильно, за деньги добрые дела делать нельзя, а конфету ведь нельзя считать платой, да?

— Ну же, Агнешка, — продолжал едва стоявший на ногах мужчина, — смелее!

Агнешка забрала леденец, набрала в грудь побольше воздуха и запела:

«Нова радість стала, яка не бувала

Над вертепом звізда ясна на весь світ засіяла»

Вокруг начали собираться люди, подъезжать машины, люди смотрели на поющую девочку и тоже ей подпевали.

Герман Тарасов хотел объехать образовавшуюся пробку, но не вышло, пришлось выйти из машины. С другой стороны остановил машину Кирилл Савин. Не сговариваясь, они подошли к кругу и с удивлением рассматривали маленькую девочку, возле которой присел на корточки тоже застрявший в пробке Андрей Крестоносцев.

— Как тебя зовут, чудо?

— Агнешка!

— Что ты здесь делаешь, где твоя мама? — спросил Андрей.

— Мама спит, она болеет, ей нужна операция, я дождалась, пока она уснет и вышла делать добрые дела, — простодушно ответила та.

— Ничего себе, — присвистнул кто-то, — а мы думали родители тут рядом.