Эгоист

Может, заезды были неудачными для этого придурка? Надо бы спросить, хотя… Я не его гоночный инженер. Пусть он разбирается с «кокпитом» Марино.

–Она не мой менеджер, – скупо отвечает, присасываясь к пафосной бутылке номер «12». Это номер его болида.

Когда Марино был еще нормальным, я спросила, почему именно этот номер. Майк ушел от ответа, грубо бросив: «Я расскажу об этом только, когда буду умирать».

Больше я не спрашивала, а сейчас мне уже неинтересно. Двенадцать – мое нелюбимое число.

– Как это? – Эдер удивлен.

– Но если она хочет сделать что-то полезное, то пусть… Принесет мне канапешки. Я видел в кафе у нас. Только без хумуса! – выкрикивает.

Укусить его хочется. Без подтекста. Просто клацнуть зубами и причинить ему боль.

– Ненавижу хумус, – расслабленно договаривает. Уже не мрачный, скорее повеселевший.

А я ненавижу тебя, Майк Марино!"

"Глава 8. Таня"

"– Что ж, тысяча евро – твоя максимальная цена, жемчужинка. И это с чаевыми.

В отель мы попадаем только поздним вечером.

Переступаю порог номера и тут же снимаю с себя юбку и блузку. Ополаскиваюсь под душем и мою голову. В этот момент вспоминаю выражение лица итальянца, когда я все же принесла ему желанные канапешки. Правда, те оказались с хумусом. Какая жалость…

С улыбкой на лице наношу лосьон для тела, вдыхаю приятный аромат и думаю об ужине, на который готова спуститься. За весь день я почти ничего не ела, только пила.

Открываю дверь из ванной комнаты и напарываюсь на дерзкий взгляд Марино. Он посмел разлечься на моей кровати, застеленной белоснежным покрывалом.

Сердце ошпаривается от его бесстыдства.

– Ты все-таки покрасилась? – Взгляд не останавливается ни на секунду. Проводит им по открытым коленям, бедрам, груди, шее. Совершает самый быстрый круг и только потом смотрит в глаза. – И похудела.

Полотенце чувствуется тяжелым и вот-вот готово упасть к моим ногам.

– Что ты здесь делаешь? – говорю ровно, а внутри ребра чиркают друг о друга, стараясь произвести огонь.

– Возвращаю долг. Ты же проникла в мой номер, когда я был в душе.

Бессовестно намекает на нашу недавнюю встречу.

– У меня до сих пор психологическая травма, Марино, – мой колкий ответ лишь вызывает раздражающе-обаятельную улыбку у этого гонщика.

Готова вновь идти и вставать под прохладную воду. Итальянец смотрит на меня так, как раньше.