На крыльях

Быть верным тебе и выступить на фесте, потому что для нас это реальный шанс показать себя.

Я испугалась. Распустить группу? Только не это!

– Что? Ты хочешь все бросить? А как же мальчишки? – отчаянным голосом спросила я, вспомнив разговор с Филиппом. – Антош, ты не имел права все решать за них! Ты ведь лидер группы, ты ответственен и за их судьбы!

– Я знаю, – кивнул Антон, вновь гладя меня по волосам. – Поэтому мы заранее все обсудили и вместе решили: «На краю» больше не будет, Катя. Он не даст нам существовать. Но я не дам ему выгнать нас.

Антон говорил уверенно, как человек, принявший важное решение и теперь неукоснительно ему следовавший.

И я должна была вновь поверить в него.

– Я не хочу, – замотала я головой, испугавшись. – Нет, Антон, нет! Вы не можете! Вы такие талантливые, вы так старались! Вы не должны так поступать! А как же поклонники? Вы подумали о них? Что будет с ними?!

Мне было страшно, но Кей улыбался, и в серых глазах его, которым очень шел дождь, не было печали и сожаления.

– Все решено, малыш, – сказал он мне тихо. – Мы создали эту группу и мы же ее разрушим. – И повторил: – Все хорошо.

– Не надо, Антон, – просила я, вновь едва сдерживая слезы, которые в последнее время то и дело норовили появиться на глазах. – Это несправедливо.

Я прижималась щекой к его груди, а он все говорил, объяснял, доказывал.

И дождь не прекращался.

* * *Алина сидела в кресле в салоне бизнес-класса около иллюминатора и равнодушно смотрела сквозь стекло, по которому били косые капли дождя. Сегодня она улетала из этого огромного шумного города, но не в родной. Алина летела на край света. Оставляя все. Оставляя всех. Пытаясь найти себя.

Она не могла забыть то, что произошло вчера ночью. И до сих пор чувствовала вкус виски на своих губах.

Самолет набрал высоту, приближаясь к облакам, а мысли Алины унеслись в темный номер Антона.

…Он ее любит – эти слова стрелами вонзились в сердце девушки, стоило им сорваться с губ Антона.

Но почему отталкивает?

Что сейчас вообще произошло?

Почему их охватила такая страсть в этой чертовом коридоре? Он все-таки понял, что мышка Катя ему не нужна? Помнит еще их любовь – до головокружения? Помнит ее?

– Дракон, – почти жалобно произнесла девушка.

– Алина, ты меня не узнала? – спросил он вдруг с усмешкой.

В коридоре зажегся свет, и Алина тотчас прикрыла глаза.