На крыльях

– Он мне просто помог, – косясь на мужа крайне злобно, говорила девушка. – Между нами ничего нет. Он мой друг, – в каждом звуке слышалось отвращение.

– Узник френдзоны, все дела, – тронула улыбочка губы Келлы. Шутку оценил только Сергей, однако смеяться тотчас перестал – на него волком глянули сестры.

– Ох, какой благородный, сейчас заплачу от умиления крокодиловыми слезами, – не верил Нинкин отец. – А в комнате-то как он у тебя оказался, друг твой? На брачную ночь рассчитывал?

– А если и так? – ухмыльнулся Келла, которому все это надоело до жути.

– Я тебе, муж, сейчас лишнюю дырку на теле сделаю, – погрозил ему Виктор Андреевич. Он так хотел, чтобы у его умницы-доченьки был хороший, приличный, обеспеченный супруг (ну а лучше, чтобы его не было вовсе), ну хотя бы вот Матвей – племянник друга, а тут вынужден лицезреть эту мартышку с кольцами в ушах и на наглом хрюкальнике. Музыканта! Наверняка нищего! Небось еще и пьет, как слесарь дядя Вася, не просыхая.

– Витя, пожалуйста, успокойся, – мягко попросила мужа Софья Павловна. – Ситуация сложная, нужно разобраться.

– А что тут разбираться? Значит так, – стукнул кулаком по столу дядя Витя. – Разводитесь. Завтра же.

– Нет, – таким же твердым голосом заявила Ниночка. – Иначе все жертвы напрасны, папочка, – залебезила она. – Эльза не оставит завещание на меня, если я буду в разводе. Вернее, если я подам на развод.

– Значит, ты подавай на развод, морда наглая, – уставился дядя Витя на Келлу.

– Нет, папа, – не отступала Нина. – Никаких разводов! Это – мой муж, и точка. И наследство будет моим.

– Глупая девица! – заорал дядя Витя в сердцах.

– Между прочим, это ради всех вас! – не сдержалась Нина и вдруг закрыла лицо ладонями, удачно притворившись, что плачет. Естественно, Журавль-старший тотчас пошел на попятную. Слезы доченьки, как и поступок, его растрогали."

"«Успокоившись», девушка попросила выслушать ее и рассказала о сделке с Эльзой Власовной.

А с другой стороны, деньги Эльзы компании Виктора Андреевича действительно были нужны – он в буквальном смысле уже почти не мог удержаться на плаву, и даже при поддержке Нинкиного крестного тонул.