Его чужая семья

Думал всегда, что отлично понимаю женщин, но конкретно эта представительница прекрасного пола ставит меня в тупик.

И то шоу, которое она устроила в моём кабинете… Если это был такой подкат, то он вышел слишком неординарным.

– П-простите, – заикается девушка, и ещё крепче прижимает к себе ребёнка.

Да ты ж его сейчас задушишь, ненормальная.

– Привет, я Егор, а тебя как зовут? – присаживаюсь перед пацаном на корточки, протягиваю ладонь для рукопожатия.

Рассматриваю черты ангельского личика, пытаясь понять, кого он мне напоминает.

Впрочем, многие дети похожи, в этом нет ничего удивительного. А для такого закоренелого холостяка, как я, симпатичные детские мордашки и вовсе на одно лицо.

Сам я пока не планирую заводить детей, не в ближайшие годы.

– Богдан, – парень жмёт мою руку в ответ.

Хорошее имя, красивое.

Перевожу взгляд на Одинцову. Мать или сестра? В личное дело не успел заглянуть, а на вид девчонке не дашь больше двадцати. Хотя… Женская внешность бывает такой обманчивой."

"– Ты за мамой приехал? – другого варианта выяснить, какие родственные связи объединяют этих двоих, я не вижу.

Зачем мне это? Просто так, я, в конце концов, имею право знать о своих подчинённых всё.

Поднимаюсь и теперь смотрю на ребёнка сверху вниз. Пацанёнок кивает, продолжая всем своим видом излучать серьёзность. Такой маленький, а выражение лица, как у большого босса.

Нет, ну он мне напоминает кого-то. Вопрос – кого.

***

На следующее утро спешу на работу.

Какой же кайф работать на себя. И нет, не потому, что лучший в мире начальник – это я.

Правда крылья мои тут же обламываются, стоит подъехать к клинике.

На парковке стоит знакомый красный «Жук».

Неохотно выбираюсь из своего верного спортивного кара, иду в клинику. Мой бывший работодатель и нынешний друг в одном лице вечно смеётся над моей тачкой. Говорит, что на таких только мажористые пацаны ездят.

А я вроде и не пацан уже, но машинку свою очень люблю.

– Егор, – на моём пути ожидаемо возникает Инна.

Она грациозно выбирается из своей тачки, отточенным движением поправляет короткое платье. Грудь, выглядывающая из распахнутого весеннего пальто, покачивается в такт плавным движениям.

Красивая.

Но такая навязчивая, что все остальные достоинства меркнут на фоне несносного характера. Видимо, когда девушке двадцать пять, и она очень хочет замуж, в ход идут любые средства.