Дырка от бублика

Так что все утряслось.

— Я тебе так завидую! — призналась Элла, на лицо которой набежали тучи. — Хорошо, когда все утрясается.

— Элла, чем я могу тебе помочь? — сочувственно спросила Лариса, привычным движением заправляя за ухо прядь волос.

— Пока ничем, — вздохнула та. — Но когда понадобится, я попрошу. А сейчас мне пора — я уже отогрелась.

— Ты на шоссе выгляни! — посоветовала Лариса. — Посмотри, какая пробка! До метро не доедешь! А на параллельных улицах машину не поймаешь. Так что сиди пока.

— И сколько же я буду сидеть? У меня дел выше крыши!

Овсянников, который не мог догадаться о ее душевных переживаниях относительно Юрки Поповского, надавал ей сегодня заданий сверх всякой меры. Самое забавное заключалось в том, что необходимо было снова встретиться со Шведовым и передать ему очередное письмо. «Что-то незаметно, чтобы у Жеки была напряженная профессиональная жизнь. Наверное, Дима прав, и он просто придумывает для меня всякие ерундовые поручения».

Тут ее внезапно осенила хорошая идея.

— Привет, дядя!

— Какой я вам дядя? — раздался из трубки раздраженный донельзя голос Шведова.

— Как какой? Любимый! Это я, твоя племянница, узнаешь?

— Какая племянница? — тупо спросил Шведов, занимаясь, вероятно, каким-то делом и не слишком внимательно слушая.

— Гасперлакова, — заявила Элла, которая насмерть забыла фамилию шведовской сестры.

— А-а! — оживился тот.

— Плохо, дядечка! — голосом пятилетней кокетки, которой не купили дорогую куклу, прохныкала она.

— Что такое? Ушко болит?

— И это тоже. А вообще-то мне надо, дядечка, передать тебе от мамочки записку.

— Опять?! — рассердился Шведов. — Что же твоя мамочка, в самом деле, позвонить не может?

«Он еще будет на меня орать!» — рассердилась Элла и мрачно сказала:

— Она оглохла.

— Да? — переспросил Шведов, немного помолчав. — Этого я не знал. Хорошо, у меня через полчаса ленч, я подъеду.

Элла заявила, что он должен забрать ее от супермаркета, и рассказала, где тот находится. Она имела в виду супермаркет в соседнем с Лариской доме.

— А ты не боишься, что твой шеф кому-нибудь проболтается? — осторожно спросила Лариса. — Все-таки ты ему не любовница?

— Я ему не любовница, но он меня не сдаст. Зачем бы он тогда стал меня прятать? — задала резонный вопрос Элла.