Дважды коронован

Он и рослый, и мощный, и вид у него внушительный – от него и огрести можно. А Сахарок – типичная жертва, его и «на понятиях» легко развести, и опустить. Потому и клацают зубами волки в предвкушении оставить от него рожки на ножках.

– И почем, Крыж, нынче такой товар? – Пятак передернул плечами и, откидывая ноги в стороны, с позерским приседом подошел к Сахарку. Протянул к нему руку, чтобы пальцами схватить за щеку. Но парень испуганно подался назад и спрятался за спину Спартака. – Ух, да девочка у нас, по ходу, с сутенером!

Тёма смотрел на Пятака с нескрываемым отвращением.

"Может, Пятак из воров, может, у него действительно третья или даже четвертая ходка, но вел он себя как натуральный «баклан». Далеко за тридцать ему, но не в законе. А почему? Да потому что «баклан» по жизни. Сам нарывается на косяки, сам и огребает.

– Базар фильтруй, – вдруг тихо проговорил Спартак.

Но Пятака это взбесило.

– Че ты сказал? – взвыл он, раскинув растопыренные руки.

– Не нарывайся, говорю, – тяжело посмотрел на него Спартак.

– А кто ты вообще такой?

– Спартак я.

– По какому ходу?

– По первому.

– А чего понты колотишь? – заметно расслабился Пятак.

Имя Спартак ему ничего не говорило. А с первоходом можно не церемониться. Ну, смотрится новичок круто, что с того? Если нет за ним реальной силы, его можно подловить на какой-нибудь подлянке, объявить обиженным и затоптать всем стадом.

– Это не понты, – покачал головой Спартак. – Это реально.

– Что реально?

– Спросить с тебя реально могу. Поэтому и предупреждаю: не нарывайся.

– Нарываешься ты. Я бы даже сказал, реально нарвался. Если ты такой правильный, то прописку должен пройти.

– Ты хоть сам понял, что сказал? – жестко усмехнулся Спартак.

– А мне не надо ничего понимать. Я все знаю. И все решаю. Это тебе въезжать надо.

– Значит, я должен прописаться?

– Ну вот, в тему въехал! – осклабился Пятак. – Теперь в хату въехать надо.

– Ты здесь все решаешь?

– Да, и смотрю, и решаю.

– И прописку ты даешь?

– Да, я. И тебя сейчас прописывать буду.

– Значит, ты – мент? – не растерявшись, хлестко спросил Спартак.

– Я?! Мент?! – опешил Пятак.

– Паспортный стол прописывает. А паспортный стол – это менты.