Дурман

Не зная, как тут помочь, но имея представление о том, что он бы чувствовал, окажись Таня в подобной ситуации, принес ей ужин, чай горячий, надеясь, что Лиза хоть немного придет в себя. К тому же, Витале многое сказало то, как повел себя Дима в этой ситуации. До сегодня Виталя мог предположить, что Батя только его бы из всех людей на свете оттолкнул бы с линии выстрела, да и то, не закрыв при этом своим телом. Как сделал это с Лизой.

Так что, как бы Дима не хмыкал над его чувствами к жене, а было похоже на то, что и своей женой Калиненко стал очень дорожить.

Значит его, Казака долг, позаботиться о Лизе, пока сам Дима не в состоянии. Знал, что и для Тани — Батя сделал бы все возможное в подобной ситуации.

И снова появились мысли о том, что прав он был в своем решении. Возможно и Дима теперь пересмотрит свой подход? Казак не брался утверждать, но уже допускал такой вариант. Однако пока ему о другом думать стоило.

Выставил парней для охраны. В этот раз самых проверенных и надежных. Да и Калетник пару своих человек подогнал, во избежание недоразумений.

И с тем мужиком, что напал вечером на Лизу, и которого парни Казака по итогу задержали, его же люди в милиции уже разбирались. Виталя не сомневался, что из типа быстро и детально все сведения добудут. И Калетник держал его в курсе, понимая, что самому Диме сейчас вообще не до того в больнице. А ему в данный момент надо было все проконтролировать до перевода Димы в палату. И тогда уже можно домой, к Тане, чего Казаку дико хотелось.

А когда добрался — блин, вцепился так, что и сам чувствовал — немного палку перегибает. Но не мог ослабить захват. Надышаться ее запахом был не в состоянии, ее теплом. И Таня ухватилась за него, словно безумная. Испугалась, он понимал. Не хотел, если честно, чтобы она знала. Но эти журналюги вечно про все пронюхивают, тем более, что Калиненко их интересовал. А в итоге — Таня извелась вся за несколько часов.

— Так люблю тебя, Виталь, думала, с ума сойду, пока дозвонюсь, — чуть ли не всхлипывая, прошептала она ему на ухо.

— Все, Танюша, все. Уже нормально все, под контролем. Все живы и почти здоровы, никому ничего не грозит. Мне — тем более, — прижался губами к ее щеке."

"Блин, влажная кожа. Неужели все-таки плакала? Виталя так не хотел ее волновать. Вредно же! Врачи только и делают, что твердят, как его Танюше важно «уровень стресса» понизить, чтобы гормоны в норму пришли. Иначе никакая беременность им не светит.