Дорога домой или Цена престола

Гэбриэл не сдержал ухмылки, когда едва освобожденный из места лишения свободы Каучер, вместо того, чтобы целовать ноги своему спасителю, потребовал ванну, туалетные принадлежности и чистую одежду прежде, чем что-либо обсуждать. Совсем как он сам во дворе в Алаиде.

Галим даже растерялся от такой наглости, но под напором Гэбриэла отступил и сдался, согласившись на все условия.

Лорис одарил Гэбриэла настороженным взглядом, короля — неприязненным, и позволил стражникам себя увести.

В кабинете короля остались сам хозяин резиденции, Гэбриэл и Джоф.

— Мне бы самому помыться, — робко подал голос Генти. — Я пробыл там полдня, но провонялся на год вперед.

Галим хмыкнул, бросив на него быстрый взгляд, а потом устремил его на Гэбриэла:

— Это ты так действуешь на людей, что они наглеют и не выказывают никакого почтения в присутствии короля?

Но в его голосе не было ни злости, ни раздражения, только усмешка.

Гэбриэл развел руками.

— Я всего лишь настаиваю на том, что вы, короли, тоже люди.

— Ну-ну, — отозвался Галим.

Гэбриэл усмехнулся, шутливо отдал честь и потащил Генти за собой.

— Как тебе это удается? — восхищенно спросил Джоф, когда они покинули кабинет.

— Что именно? — не понял Гэбриэл.

— Ну, то, — юноша сделал большие глаза. — Ты уже перетащил короля на свою сторону.

— Ах, это, — отмахнулся Гэбриэл.

На лицо Джофа полезла улыбка, он выпятил грудь колесом, явно сгорая от гордости.

— Он тот самый! — с уверенностью заявил юноша.

Гэбриэл прищурился:

— Уверен?

— У его матери были светлые волосы, она не любила распространяться о прошлом и говорила, что отец Лориса их предал. Это совершенно точно она!

Гэбриэл улыбнулся. Что ж, дела идут на лад.

«Король Эдвин, жди сына домой!»"

"Вот только надо разобраться с местным королем, или королями.

Слуги принесли в кабинет дополнительные стулья. Галим, как хозяин, занял место на одной стороне стола, Гэбриэл и Джоф на другой, стул Лориса Каучера рядом с ними пока пустовал.

Генти не только помылся, но и избавился от повязки на руке, и теперь выглядел смущенным и растерянным. То, что Эрилин принцесса, было для него само собой разумеющимся, но сидеть за одним столом с самим королем было в диковинку.