Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда

Князь Лэггер кинул на меня острый взгляд, мейстери Луэ выглядела подавленной, ректор злился, мейстер Тугор угрожающе поглядывал то на эфора Хоффмана, то на поникшего Миромира – им точно влетит.

– Члены комиссии посовещались и пришли к решению. – Ректор Кронт поднялся с места, и зрители притихли. – За халатность, едва не приведшую к смерти, кадет Миромир лишается бонусных баллов, наказывается штрафными работами и двумя сутками заключения в карцере.

Я чуть не погибла, но никакой радости из-за наказания для Миромира не испытала.

– Кадету Миромиру разрешат снова сдать зачет в конце зимней сессии. Эфор Хоффман наказывается штрафными работами за плохо проведенный инструктаж. Кадет Дейрон… – Голос ректора смягчился. – Хоть поединок прервался по уважительной причине, однако кадету Дейрон придется снова выйти на бой.

Ректор Кронт посмотрел на меня с сожалением и добавил как-то по-человечески:

– Не обязательно биться сегодня.

– Она будет биться сегодня! – вмешался Лед. – Сейчас. Со мной. Я ее командир и в чрезвычайных обстоятельствах имею право взять на себя…

– Что ты себе позволяешь, мальчишка! – Князь Лэггер привстал.

Зрители зашумели, поднялся гвалт. Ярс взирал на друга с таким выражением, будто говорил: «Тай, ты рискуешь!»

Глава 7

– Эфор Эйсхард! – возвысил голос ректор, и кадеты, подчиняясь выработанному за годы учебы навыку, тут же стихли. – Эфор Эйсхард хорошо помнит устав академии, чему я рад.

Лед едва заметно благодарно кивнул.

– Я против! – бросил его сиятельство.

Ректор Кронт со всей почтительностью поклонился князю.

– К сожалению, устав Академии разрабатывал лично император Максимилиан, кто я такой, чтобы его оспорить.

Князь Лэггер сжал челюсти и откинулся на спинку стула-трона.

– Пять минут на подготовку. – Ректор провел черту в споре с высоким гостем.

Лед первым делом протянул руку за моей Ласточкой и отошел к дальнему бортику, подальше от внимательных ушей. Он тщательно изучал лезвие и все сочленения стика, пока я хмуро переплетала косу, успевшую растрепаться. Адреналин боя еще не выветрился, каждая мышца в теле была напряжена, по венам бежал ток, и мне казалось, что я и командира смогу уложить одной левой.