Дела минувшие

Через месяц ожидали со смотром самого великого князя фельдмаршала Николая Николаевича-старшего. Для этого подтягивали маршировку, шагистику, а стрельбы пока решили отложить. Офицеры и солдаты повеселели – на свежем воздухе лучше дышится. Одно только плохо: все добавочные деньги уходили на извозчиков.

Лыков понимал, о чем речь. Офицеры за каждый день нахождения в лагерях получают добавочное содержание – тридцать копеек. Вроде бы мелочь, однако для подпоручика уже кое-что. Но молодому человеку хочется заглянуть и в театр, и в гости к знакомым барышням.

Ехать в Нижний из лагеря накладно: извозчик сдерет сорок копеек. Приходится вместо прибытку терять гривенник. Офицеры изгалялись по-всякому: садились втроем в один экипаж, клянчили коляску у полкового командира, добирались верхом на кобыле ротного… А все равно удаленность лагеря создавала неудобства, и благородия стали от скуки опять поигрывать в карты.

– Вы им разве не запретили? – прервал на этом месте Беклемишева Алексей.

– Запретил, а что толку?

– Но ведь приказ! Как они посмели не выполнить?

– А то вы не догадываетесь как, – сердито ответил полковник.

 – Нельзя запретить карты в лагерях. Невозможно! Такие приказы заведомо невыполнимы. В казарме и то трудно, а здесь… Опять же, ротные командиры покрывают. И сами не прочь бросить рубль на зеленое сукно. Завели даже складной круглый стол и переносят его из казарм в лагеря и обратно.

Титулярный советник вздохнул:

– Продолжайте. Когда пропал подпоручик Аглицкий?

– Сутки назад.

Сначала думали, он застрял где-то в городе. Хотя на Александра Борисовича это не похоже. Серьезный, готовится к поступлению в академию Генерального штаба. Атласных колод сторонится. Однако… дело молодое… Я сперва не встревожился. Послал только его денщика на квартиру.

– А где квартира?

– В Белых казармах. Полку выделили там несколько комнат.

Белыми казармами назывались два старых корпуса позади военной гимназии, возле манежа. В них жили преподаватели и обслуга аракчеевцев.

– И что денщик? Вернулся ни с чем?

– Точно так, Алексей Николаевич. Хозяйка квартиры сказала: он приехал вечером, а утром его уже не было. Как и когда вышел, неизвестно. И еще: среди ночи послышался ей за стенкой какой-то шум…

– Зачем же вы меня сюда вызвали? Надо было там обыск делать!

Беклемишев смутился:

– Без меня не стоило бы. И потом, тут тоже надо посмотреть… товарищей расспросить…

Это было разумно, и они вдвоем отправились в офицерский балаган.