Честь горца

Мы таким образом вынудим их поступить так, как нужно нам, а вдруг они захотят сказать «нет»? Если они поймут, что ты связан клятвой, это свяжет и их, может быть, даже сильнее, потому что они не захотят бросить тень на твое имя.

– Они скажут «да» и возьмут тебя под свое покровительство, – заявил он.

– Только ни слова о своей клятве. С этим ты согласен?

– Хорошо, увидишь, что я скажу только правду. Они станут действовать не потому, что захотят сберечь мою бедную, несчастную, всю в лохмотьях честь, а потому что искренне захотят спасти тебя.

Жизель пискнула от неожиданности, потому что Найджел вдруг кинул ее на постель.

– Конец спорам? – Он засмеялся и начал стягивать с нее одежду. – Хочешь еще что-нибудь добавить?

– Только одно. Если они решат, что мои проблемы слишком тяжелы для них, чтобы взвалить на себя, можно хотя бы раз поесть как следует, перед тем как я уеду оттуда?

Она засмеялась вслед за ним и с удовольствием вернула ему поцелуй. Глупость ужасная, но она почувствовала себя очень защищенной.

А еще ей страшно захотелось Найджела. Путешествие из Франции в Шотландию миля за милей вытягивало из нее все жилы. Найджел прикасался к ней лишь для того, чтобы, подбадривая, легонько похлопать по спине, либо поддержать ей голову, устраивая ее поудобнее. Несмотря на усталость, она не собиралась терять еще одну ночь любви.

Когда они обменялись ласками, когда они обменялись поцелуями, она перестала скрывать свою любовь. В момент страсти, которая захватывала их обоих, у нее не было ни сил, ни желания прятать свои чувства.

В такой момент Жизель переставала бояться, что он все поймет. Для нее было несомненно, что такие чувства нуждаются в словах, чтобы подтвердить свое существование.

Свою любовь Жизель выражала через страсть, в каждом движении, в каждом поцелуе, а в остальное время она набиралась сил и таилась. Иногда ей казалось, что когда-нибудь ее чувство вырастет до таких размеров, что взорвет ее изнутри и она залепечет о своей любви, признаваясь ничего не подозревающему Найджелу.

Это пугало ее. Потому что только в страшном сне могло присниться, как она открывает свое сердце человеку, а тот вежливым жестом отвергает ее. Обнимая его, занимаясь с ним любовью, она отпускала сердце на волю и переставала тревожиться."

"Ее всегда удивляла сила, с которой они одновременно переживали пик наслаждения. И теперь Жизель позволила усталости взять над собой верх. Она уютно пристроилась к Найджелу, ощутив, как его тепло обволакивает ее, и закрыла глаза.