Честь горца

Ты, должно быть, привязала его к кровати, пока он был пьян в стельку. Иначе даже Мишель мог бы справиться с такой крохой, как ты.

Она закатила глаза, показывая, как ей надоели такие разговоры.

– Я не убивала Мишеля.

– Мне кажется, ты не скрывала, что он тебе противен.

– От разговоров о том, что он был омерзителен, до того, чтобы связать его, потом оскопить, а потом засунуть ему в рот его мужское достоинство да еще и перерезать ему глотку, – очень большое расстояние.

– Правда? Мне всегда казалось, что омерзение и убийство идут рука об руку.

– Думай что хочешь. – Она понимала, что не имело смысла разговаривать с человеком, находившимся во власти своих темных, дьявольских помыслов, которые трудно было вообразить.

– Разумеется. Это намного интереснее, чем отравить мужа или нанять кого-нибудь, чтобы его ударили кинжалом в спину. – Он посмотрел на Анселя: – Отведи ее, пусть помоется и достань ей платье."

"– Желаешь, чтобы меня вздернули чистую и прилично одетую? – не удержавшись, спросила она, когда Ансель подошел, развязал связанные за спиной руки и взял за руку.

– Ты действительно выглядишь просто неприлично, Жизель. Никому не хочется неприятно поразить бедняг, которые будут присутствовать при твоей казни, так ведь?

– Знаю одного, кому захотелось бы, – пробурчала она, когда Ансель потянул ее из зала.

Жизель не понимала, что происходит, и это пугало. Если Вашель собрался ее казнить, зачем ее мыть и переодевать? Его объяснение она пропустила мимо ушей.

Ансель привел ее в огромную спальню, где, схватив за руку робкую служанку, на ухо прошептал ей какие-то инструкции, и вытолкал ее за дверь. Не обращая внимания на статного молчаливого Анселя, стоявшего на страже, Жизель огляделась. Ситуация все больше пугала ее.

На один миг показалось, что он предложит ей свободу в обмен на благосклонность. Затем она напомнила себе, с кем имеет дело. Обхватив себя руками за плечи, Жизель попыталась сдержать внутреннюю дрожь, но ничто не могло прогнать ледяной страх. Если она правильно поняла Вашеля, то он собрался попользоваться ею, пока она не надоест. Потом он казнит ее за убийство кузена.