Друг моего отца

Но я встала, потому что видела то, чего не видел он. И лучше бы я это не видела. – Яна! – крикнул он.

– Учись уже хоть кому-то доверять. Самое время, – бросила я на ходу и рванула к двери.

Избитого, окровавленного в неё заволокли Тео.

О, боже! – зажала я рот рукой, глядя как его привязывают к соседнему с Арманом столбу. И пусть этот ревнивый дурак думает, что хочет, Теодор мой друг и я бросилась помогать ему.

– Да уйдите вы, – оттолкнула я одного из людей губернатора.

– Не трогать её! – гаркнул Валерий Иванович, когда мне попытались помешать.

Сука! Скотина! Мерзкая падаль! Всё клокотало внутри от злости.

– Тео, ты как? – села я рядом и убрала прилипшие к разбитой брови волосы.

– Ничего, – сморщился он.

Но это ему только так казалось. Губа разбита. Глаз заплыл. На одной скуле ссадина, на другой – кровоподтёк. Он с трудом дышал. Избили его неслабо.

– Парня-то за что? – прозвучал ледяной голос Армана.

– А это не я, это ты, – ответил ему губернатор. – Правда, Теодор? Скажи.

Он кивнул. И хоть ответил тихо, услышала его не только я.

– Они меня били и говорили, что это привет от Армана, – он облизал пересохшие губы, сморщился.

– Тихо, тихо. Молчи, – оглянулась я в поисках воды. И наткнулась взглядом на губернатора. Ах вот как, падла, ты всё обставил. Заставил Армана поверить, что я ему изменила с Тео. Так ещё и Арман его избил. Я встала. – Дайте воды!

– Обойдётся.

И это стало последней каплей.

– Сам заткись, сука! – выхватила я пистолет.

Руки у меня, конечно, тряслись. Не верилось, что всё это реально происходит. И хотелось плакать. Но убить его хотелось больше – такая во мне кипела ярость.

Он пятился, медленно поднимая руки, пока не упёрся спиной в стол.

«Подняла – стреляй. Не жди команды или знака свыше. Не медли, – учил меня буквально только что Валентиныч.

«Не думай! Просто стреляй!» – учил и Арман.

И я надавила на спусковой крючок.

– Сдохни, падла!"

"Раздался выстрел. Потом второй. Третий. В стороны полетели щепки. Завоняло пороховым дымом. Губернатор упал. И я не удержала и после третьего выстрела выронила пистолет.

Мне показалось: я оглохла – такая повисла тишина. Но вдруг почувствовала такую усталость, что пошатнулась, сделала шаг вперёд и села прямо на пол.