Будь моей

Если он все еще собирался лечь спать на полу…

— Что ты придумал, Петровский? Твоя одежда еще не высохла.

— Не имеет значения, — возразил граф, надевая сапоги, — потому что я ухожу. Ее брови удивленно поднялись:

— О! И ты знаешь, как пройти сквозь стены?

— Можно сказать и так.

Теперь уже полностью одетый, он подошел к Двери и, не замедляя шага, нажал на нее плечом.

Конечно, ничего не произошло. Должно быть, Василий был слишком измотан, и Александра, не скрывая торжествующей улыбки, уже приготовилась отпустить какое-нибудь насмешливое замечание, но тут он снова нажал на дверь, и, к ее великому разочарованию, планка с той стороны подалась, дверь покачнулась и открылась.

— А раньше ты не мог об этом подумать? — язвительно спросила она.

— Прошу прощения, но тогда я еще недостаточно разозлился.

Поежившись от пронизывающего порыва холодного ветра, он вышел наружу, чтобы оглядеться. Большая изба Лятцко была ярко освещена, но все остальные дома казались темными. По-видимому, бандиты все еще праздновали победу и веселились.

Василий вернулся и остановился в дверном проеме:

— Ты идешь?

— Конечно, я не собираюсь оставаться здесь, когда дверь выломана, — ответила Александра и начала скидывать с себя одеяла, но тут поймала его взгляд:

— Ты имеешь что-то против?

— По правде говоря, имею, — ответил Василий, намекая на ее бесстыдное поведение. Скрестив руки на груди, он оперся спиной о косяк и улыбнулся:

— Но ты можешь считать это компенсацией за то, что я спасаю тебя столь негероическим путем…"

"Неужели ее укол достиг цели? Впрочем, разве имеет значение, что граф видит, как она одевается? Ведь он уже сделал нечто гораздо худшее.

— Как знаешь, — с вопиющим безразличием ответила она и двинулась к своей одежде, даже не прикрывшись одеялом, чтобы хоть отчасти соблюдать приличия. Василии отвернулся еще до того, как она натянула штаны, и добавил: «Совсем бесстыдница» — к списку ее недостатков. Александра же была вынуждена добавить одно достоинство к своему списку, но с надеждой подумала, что оно, вероятно, последнее.

Скоро они вновь вышли на дорогу и пустились в путь. Александра легко вычислила расположение конюшни, но это оказался старый сарай с прогнившими стенами, которые не могли защитить лошадей от холода. Внутри они обнаружили столь же дряхлую кобылу, которую Александра взяла себе, и кучу горных низкорослых лошадок, но не нашли и следа ее белых лошадей.

— Куда они могли их забрать? — вопрошала Александра.