Больше не люблю тебя, жена

Таня что-то говорит и улыбается, а до меня от шума в ушах ни черта не доходит. Знаю, она специально ведет себя непринужденно. Я тоже пытаюсь, но кажется, моя нервозность понятна даже слепому. Руки дрожат, а лицо наверняка белое от страха и тревоги.

Ну кто бы не нервничал на моем месте? Все настолько серьезно. Но если уж этот квест надо пройти, чтобы выбраться…

Подходим к имениннице и, поздравив ее очередной раз, выходим из зала. Я сглатываю, видя двух женщин и мужчин рядом с ними. Это же они? Те, с кем мы должны спуститься?

Будто в подтверждение моим догадкам, они идут к лифту.

— Это он, да?

— Он, — слышу рядом мужской голос.

Мужчина проходит мимо, а я быстро иду к машине. Открыв дверь, смотрю на водителя.

Мое сердце никогда так бешено не колотилось. И ритм учащается, когда я вижу Мишу. Живой, но на лице ссадины. Губы и бровь разбиты. Хмурюсь. Ноги будто прирастают к земле.

— Садись, — слышу требовательное.

Тон Загорского отрезвляет.

Сажусь, в панике оглядывая его лицо. Язык прилипает к нёбу. Хочу что-то сказать, но выдавить хоть слово не получается.

Таня падает на заднее пассажирское сиденье. Машина стремительно выезжает с парковки. В салоне тишина, которая действует на нервы. Окончательно выводит.

— Куда мы едем?

— Меня, пожалуйста, на ближайшую остановку подбросьте.

Миша игнорирует нас. Давит на газ до пола. Я вжимаюсь спиной в сиденье.

— Миш…

— Не бойся, — говорит спокойным тоном.

— Ты нас убить решил?

— Спасти, — цедит яростно, явно злясь на самого себя.

Я молчу весь путь. Немного успокаиваюсь, когда узнаю знакомый двор.

— Спасибо, — раздается голос Тани. — Берегите себя и держите меня в курсе.

Она покидает салон, так и не дождавшись от нас ответа.

— Ты хоть слово мне скажешь? Что с тобой?

— Со мной все хорошо.

— У вас был пожар? Что стряслось? Я так и буду силой вытаскивать из себя слова?

— Да, устроили пожар. Подставили. Но скоро выберемся.

— Ну замечательно. За меня уже все решено. Разве я могу сопротивляться? Билеты, надеюсь, тоже купил? Куда уезжаем? Хоть это скажешь?

— У тебя нет прав на сопротивление, Саша. Будешь упираться, силой затащу в машину и увезу как можно дальше.

— Да-да. Конечно. Безмолвная кукла, которая не имеет возможности сама решать, чего хочет или не хочет. Я не останусь у родителей.