Добровольно проданная

— Здесь повсюду камеры, внутри и снаружи, даже в твоей ванной,

— В ванной?!

— Не переживай, они работают на запись. Я, может, и извращенец, но не позволю никому смотреть на свою женщину, Поэтому в следующий раз, прежде чем совершать глупости, немного подумай, чем тебе это обернется. Не делай так больше, если не хочешь оказаться на месте этого парня в том же подвале! — вот теперь в его глазах вспыхивает молния, и мое сердце замирает.

Адамади захлопывает крышку ноутбука и отодвигает его от себя, Он допивает виски и глубоко затягивается сигаретой, выпуская дым в потолок,

— Я считаю, что все мы имеем права на ошибки, Первая — это жизненный урок, опыт, которого у тебя нет.

И если секунду назад я думала, что все обошлось и наказания не будет, то сейчас начинаю понимать: я ошибаюсь, и его не волнует, что сказал доктор.

Встаю рядом, и его запах окутывает меня, Терпкий аромат не противен, но мне не хочется им дышать, поскольку он такой же давящий и подавляющий, как и Константин.

— Ближе. — Делаю ещё пару шагов, оказываясь между его расставленных ног, — На колени! — показательно указывает глазами на ковер,

— Что? — я прекрасно слышала сказанное им, но вопрос вырывается сам собой,

— На колени, зайка, — повторяет он и расстегивает ремень, Сглатываю, набираю в легкие больше воздуха и опускаюсь перед ним на колени,

«Какое бы унижение он ни задумал, его можно пережить», — повторяю про себя и покорно жду указаний, А Адамади и не думает торопиться, рассматривает меня, прищуриваясь, Медленно скользит взглядом по лицу, губам, шее, протягивает руку и дергает завязки, распахивая комбинацию, раскрывая полы, оголяя грудь и рассматривая ее, Скользит глазами ниже, к кружевным трусикам, и возвращается к глазам,

— Очень красивая, нежная девочка.

Киваю ему в ответ, Слегка шершавые пальцы прикасаются к моим щекам, ласкают скулы, губы, очень аккуратно, но это обманчивая ласка, не зря я на коленях.