Бей первой, леди!

А судя по всему, у Юльки все получилось, выглядит она потрясающе: высокие сапоги, короткая юбка, свитер в обтяжку, скромные украшения, волосы до плеч — на нее оглядываются, между прочим, и ни один мужик еще мимо спокойно не прошел. И вот сейчас какой-то кудрявый олень за столиком напротив того гляди сигарету проглотит, так и пялится, зараза.

Макс пересел к оленю спиной, закрыл от него Юльку, та улыбнулась и сказала:

— Артемьева наняла я. Я заплатила ему, он нашел тебя и привез сюда, как мы и договаривались.

Только сделал все это…

— …по-уродски, — подсказал ей Макс, и девушка засмеялась."

"— Ну, да, он же бывший мент, что с него взять. Как привык, так и работает, зато профессионал, и не зря берет деньги за свои услуги. Мне рекомендовали его, и я не пожалела. Правда, гонорар пришлось урезать, но он сам виноват, что потерял тебя.

— Да ладно, — сказал Макс и почувствовал, что стало вроде как полегче: одна часть головоломки разъяснилась, зато неотвратимо нависла вторая, и он боялся ее и готовился одновременно.

Принесли кофе, довольно неплохой, надо сказать, Юлька отпила крохотный глоток и спросила негромко:

— Как ты? Как живешь, как твои дела?

— А то ты не знаешь! — неожиданно разозлился Макс. Чего она спрашивает — подослала к нему этого Артемьева, тот все разнюхал и доложил, а она интересуется, дурочкой прикидывается.

— Я от тебя хочу услышать, — сказала девушка, — а не из отчетов. Но не хочешь — можешь не говорить, я не настаиваю.

И отвернулась к окну, за которым взлетали и садились самолеты.

Не настаивает она, как же, так он ей и поверил! Только она так молчать умеет, точно тонкой рукой за горло держит, знакомо это нам, проходили. И чтобы не дать тем чувствам, что давно сам в себе убил, голову поднять, Макс сказал:

— Нормально все. Живу, работаю. Машину починил, таксистом стал. На жизнь хватает.

Здесь по правилам этикета полагалось задать встречный вопрос, поинтересоваться, как поживает Юлька, но чего тут спрашивать, когда и так все понятно.

У нее все не просто хорошо, а замечательно, и даже более чем. Левицкая давно в могиле, Рогожский тоже червей кормит, поместье продали, лошадей, кажется, тоже. Он слышал что-то такое полгода примерно назад, что аукцион был и у конюшни теперь новый хозяин. А за границей хорошо, там жизнь другая, размеренная и спокойная, и точно известно, что с тобой будет завтра, с поправкой на форс-мажор, конечно, но с Россией ни в какое сравнение не идет.