Беатрис

 — Речь идет о том, что вы с Фридой скрыли от нас множество фактов. Мой вопрос — почему?

— Мы не хотели, чтобы это было предано огласке, — ответил Густав. — Чтобы об этом узнали все вокруг — и сама Беатрис. Мы подумали, что два анонимных донора никак не могли иметь отношения к делу, так что…

— Но вы же не могли не понимать, что все это выяснится, когда мы взяли у вас образцы ДНК, — сказала Чарли. — Почему вы ничего не сказали тогда?

— Не знаю, — покачал головой Густав. — Подозреваю, мы оба сейчас немного не в себе.

38

Когда они вернулись в отель, часы показывали почти полночь. По дороге Чарли позвонила Стине и сообщила новые подробности. Она рассказала о странном поведении Густава и Давида, которые отправились сами искать Беатрис в темноте, что Густаву это показалось хорошей идеей вместо того, чтобы остаться дома и позаботиться о жене, которая явно в очень плохом состоянии. Впрочем, родители, потерявшие ребенка, могут действовать иррационально. Как бы то ни было, придется еще раз побеседовать с Густавом, Фридой, Давидом и Шарлоттой.

— Сегодня я поднимусь по лестнице, — сказала Чарли, когда они подошли к лифтам.

— Не буду тебе мешать, — улыбнулся Грегер. — Когда встречаемся завтра?

— Я сказала Стине, что мы будем на месте в семь, если не произойдет ничего экстраординарного.

— Отлично. Ну что ж, тогда нам лучше всего хорошенько выспаться.

— Да, — согласилась Чарли. — Так лучше всего.

Придя в номер, Чарли открыла компьютер и стала гуглить донорство яйцеклеток и спермы в России.

Закрыв страницу, Чарли зашла на Флешбэк, чтобы снова заглянуть в беседу по поводу Беатрис.

Там появилось множество новых комментариев, но по большей части — пустые пересуды. Однако среди общего флуда кто-то анонимно написал:

«Ясное дело, у тех, кто находит себе жен на дне общества, возникают проблемы».

«Что ты имеешь в виду?» — написал пользователь Justitia, но ответа не последовало.