Бедовый 9. Царь царей

Так вот, когда это произойдет, все начнут искать виноватого. И чем меньше ниточек будет вести ко мне, тем лучше.

— Все, Илия, могу я идти?

— Конечно. В кои-то веки у меня нет к тебе никаких вопросов. Ты повел себя как законопослушный подданный, к тому же, человек, у которого есть честь.

Угу, запомнил. Любить людей и стараться им не навредить — слабость. Отказаться от сомнительной награды — честь. Интересно, куда нас выведет эта странная и извращенная логика?

Зал воеводы я покинул со смешанными чувствами.

Даже не сразу понял, что Моровой что-то говорил мне вслед (может что и про нового ратника), но я прошел мимо, как пыльным мешком ударенный. А подумать было над чем. Тучи вокруг меня сгущались более чем стремительно. Даже не знаю, куда бежать в случае чего. И что бесило больше всего — как Рехон успевал везде быть на шаг впереди? Лишь сутки прошли, а мне и правда хотелось лично его удавить, наплевав на видение. К тому же, случай представился почти сразу.

Кощей стоял посреди двора крепости в подаренных мною очках и одежде, хитро ухмыляясь.

Прямо как школьник, который взял деньги на обед, но тратить их не стал, чтоб накопить на блютус-колонку.

— Матвей, я даже не знаю, как тебя благодарить. Этот мир — попросту находка.

— Можешь извиниться перед отцом и больше не пытаться его убить.

— Нет, давай что-нибудь другое, — небрежно отмахнулся Рехон. — И даже то, что ты его спрятал, не поможет. Скоро я опутаю своими сетями этот город, и он найдется сам. Будь уверен.

— Не слишком амбициозно для вчерашнего проклятого?

— Ты упускаешь из виду важную деталь.

Ты знаешь, что отличает обычных низкоранговых рубежников от проклятых-ведунов? Последним, чтобы пользоваться своим хистом, приходится из кожи вон лезть. Нас отличает неуемное желание жить. И для этого мы сделаем все.

Рехон даже приспустил немного очки на нос, оглядывая меня светло-голубыми глазами. Неужели уже привык к свету Стралана?

— К примеру, когда я понял, что мне предстоит обосноваться здесь, сразу после нашего расставания, то отобрал нескольких людей разных возрастов.

Представляешь, среди которых был и один рубежник. Слабый, но все же. Через пару часов я знал необходимые сведения, которые были нужны для начального разговора с воеводой. И вот я здесь.

Кощей улыбнулся, разведя руками. Правда, тут же его губы искривились, и на лице проступил оскал.

— Всех свидетелей, конечно, пришлось убить. Рубежники этого мира очень слабые. Не в плане силы, а духа.