Бедовый 9. Царь царей

При мысли о мальчишке даже в кишках у кощея начинало ворочиться нечто тяжелое, завязываясь узлом.

Но это все лирика. Главное все же химера. Разберешься с ней — разберешься с Бедовым. Ее можно убить только как встарь — палашами, стрелами да пищалями. Правда, в последних Тугарин не был силен. Сколько ему ни говорил Соловей, что у чужан много диковинного оружия, Дед относился к выдумкам обычных людей снисходительно. Чего не придумают от своей слабости. Правда, на этот случай есть Агата и немного времени. А еще…

А еще Трепов решился на немыслимое.

Потому что теперь на карту было поставлено все. Если он потерпит неудачу, то уже ничего не вернешь, не отмотаешь назад и не переиграешь. Царь царей так и останется запертым в своем родном мире, а тверскому кощею придется ожидать скорейшего разложения, глядя, как тело неотвратимо охватывает немощь.

Тугарин осмотрелся на лестничной площадке — обшарпанные ступени, облупившаяся краска на стенах, неровно беленый потолок. Даже двери здесь попадались через одну старые — дерматиновые, обшитые потемневшими гвоздиками.

И пахло в подъезде откровенно плохо — из-за женщины на третьем этаже, в квартире которой обитало семь кошек, и лежачего больного на втором. Но что делать, пришлось переступить через природную брезгливость. Потому что нужный кощею ребенок находился здесь, за старенькой и потрепанной коричневой дверью.

Своей ведунской способностью, которая за столько веков ни разу не давала сбоев, он чувствовал, что за нужной перегородкой из сосны находятся две души, так подходящие ему.

Точнее, Тугарин искал лишь одного — ребенка, который родился совсем недавно. На роль второго мог подойти кто угодно."

"На всякий случай Трепов коснулся двери. Не без отвращения, потому что видел слои грязи, полосами натянутого дерматина, а затем прислушался к своей сверхчувствительности. Обостренное восприятие вибраций, слабое движение чужанского промысла, нечто, что некоторые назвали бы образами — все шло в ход. Тугарин сразу считал нужную информацию. Их двое, крохотный мальчик и мужчина младше тридцати.

Наконец судьба, которая все это время капризно ухмылялась и отворачивалась, повернулась к нему лицом.

Жаль, что дар имел способность настраиваться в отдалении от чужого хиста. Нет, среди слабых рубежников Трепов тоже мог блеснуть знаниями, но вот в общении, к примеру, с кощеем, ведунский дар был практически бесполезен. Что поделать — он был совсем юным, когда взял пять рубцов, и еще не очень внятно понимал, как и что стоит просить у хиста.