Архонт росский

— И я бы с тобой тоже. Ноам, распорядишься?

— Ты пей, я не буду, — отказался Алп-Барик. — Ноам, вели айрана мне принести. И воды холодной. Так о девке…

— И что с ней не так? — равнодушно произнес Машег.

— С девкой все так. Красавица. На язык остра, глаза горят. Вот только муж у нее есть. Продавать не хочет.

— С ним самим говорил? — поинтересовался Машег.

— Нет. Но Ноам сказал: этот не продаст. И я ему верю.

— Ноаму я тоже верю, — кивнул Машег. — Он попросил, я пришел. Говорю вот с тобой. А о деле так и не услышал.

— Оно, — подтвердил тархан. — Я позвал тебя, Машег, потому что нашему другу бар Еремии нужна помощь. А ты среди русов дольше всех. Знаешь, с какой стороны к ним подойти.

— Как с какой? — Машег поднял бровь. — Раз со стороны денег не вышло, значит, надо со стороны силы. Ты же не один приехал, Барик? Сколько у тебя людей?"

"— Две большие сотни воев у него, — вместо сына шеда ответил Ноам.

— Плохие бойцы? У него? — Машег показал кубком на Барика. — Не верю!

— Хорошие они бойцы, — буркнул Алп-Барик. — Сотня исмаилитов из конюшни великого хакана. Остальные — родичи.

— Магометане-то тебе зачем? — удивился Машег.

— Так чтобы все видели, что я представляю Беньяху! — Алп-Барик выпятил бороду.

Машег и Ноам переглянулись.

— Хорошие, плохие — не важно, — сказал тархан. — Для битвы со всеми киевскими русами их мало.

— Тоже верно, — согласился Машег.

— Ты он нем слыхал, Машег. Княжич Вартислав.

— Хм… — Машег нахмурился. Потом поглядел на Алп-Барика: — Неудачную ты девку себе выбрал. У Вартислава дружина — триста сабель. А может, и пятьсот. У здешних он большой хан. Уважаемый. И у наших, кстати, тоже. Я слыхал, булхаци Песах тоже его почтил. Пергамент ему дал со своей печатью.

— Песах? — Бар Еремия скривился. — С язычником? С чего бы?

— Помнишь, пару лет назад у Булана Самкерц отобрали, русы по наущению ромеев?

— Вроде припоминаю.

— Мои родичи после пришли. А вот Вартислав лично Самкерц от ромеев удержал и Песаху передал с уважением.

— Откуда знаешь? — усомнился Алп-Барик.

— Мой брат Алан бар Пахья тогда у Песаха в сотниках ходил. Все сам видел.

— Если он с Песахом дружен, это плохо… — огорчился Алп-Барик.